Книга Странник... мой?, страница 77 – Юлия Резник

Следом свой заказ сделал Архип. Нажимая кнопки, он то и дело поглядывал на меня. Из чего я сделала единственный закономерный вывод:

— Я не голодна. Поэтому мне только кофе.

К моему изумлению, Архип проявил инициативу и заказал мне к напитку десерт, прокомментировав свой выбор коротким:

— Это вкусно.

— Спасибо.

Устроились за столиком на улице. Солнце окончательно село – включились подсветки на старинных домах. Наверное, я бы все же хотела регулярно сюда возвращаться, если бы переехала в глушь. Это было невыносимо красиво. По-своему, да, но ведь красиво. Только и того, что в лесу мы наблюдали красоту, созданную природой. А здесь – человеческим гением.

— Что там в деревне? Как поживает Надежда Дмитриевна?

— Ничего нового. А у Надежды Дмитриевны все хорошо. Лечится.

— Я не знала, что она болела, – удивилась я.

— У нее онкология. Деньги нужны. Поэтому она и сдавала комнаты.

Я схватилась за телефон. Проверила изрядно оскудевший за последнее время баланс.

— А много надо? – подняла взгляд на Архипа.

— Нет. Вопрос решен.

— Интересно, кем? – усмехнулась я, прикинув в уме, что да как. Архип посмотрел на меня, с шумом отпивая остатки колы из стакана.

— Мир не без добрых людей.

— Кажется, я действительно переела, – вмешалась в наш разговор Зойка, зеленея на глазах.

— Может, водички? – беспомощно предложила я, реально не понимая, что делать в таких случаях.

— Это не поможет. Пойдем!

Можно сказать, мы вовремя сорвались с места, потому что вывернуло ее все-таки не на стол, а в удачно раскинувшуюся у ресторана клумбу петуний.

— Черт. Так и знал, что этим все кончится, – выругался Сильвестров, бережно поглаживая дочь по выступающим лопаткам.

— Надеюсь, оно того стоило, – промямлила я.

— Что?

— Хочется верить, она хотя бы получила удовольствие от еды. Пирожок был, честно сказать, не очень.

Тут Зойку вырвало во второй раз. И мы вынужденно замолчали, суетясь вокруг девочки. Я достала бутылочку воды, чтобы она прополоскала рот, и салфетки. Архип – мятные леденцы.

— Ты же не сдашь меня в больницу? – перепугалась Зоя, когда смогла говорить.

— Не знаю.

— Ну, па-а-ап, – захныкала она.

— Да не сдам, конечно. Это же не отравление. Ты просто переела. Ч-ч-ерт. Ну, вот и как ехать, когда ты в таком состоянии?

— Можем переночевать у бабули, – нашлась Зойка.

— Мы к ней и за час не доедем, – покачал головой Сильвестров.

— До меня минут десять езды. Квартира маленькая, но спальных мест хватит, – предложила я, сама не веря, что мне хватило смелости! Это все еще был Странник, перед талантом которого в благоговении замирали миллионы людей по всему миру. Но в первую очередь это был живой человек. Отец, который с такой заботой придерживал волосы содрогающейся в рвотных спазмах дочери, что мне, наблюдая за ними, хотелось плакать.

— Пап… – окликнула Зоя Сильвестрова тоненьким голоском. И Архип, который явно не пришел в восторг от такой перспективы, все же нехотя согласился:

— Хорошо. Пойдемте.

Доехали даже быстрее, чем я обещала. Дорога была абсолютно пустой, а ко всему прочему нам сопутствовал зеленый. К счастью, Зою больше не тошнило. Но на всякий случай мы ей вручили пакет.

— Я постелю Зое в спальне. А тебе на диване в гостиной. Не смотри, что он маленький, когда разложишь – там хорошее спальное место, – тараторила я, с тревогой наблюдая за тем, с какой пристальностью Архип принялся изучать мой дом. И что самое ужасное – разбросанные в беспорядке картины. За две недели я, признаться, успела попортить ворох бумаги.