Книга 8 историй, страница 50 – Юлия Резник

— Ну, как ты?

— У меня все болит. И мне не понравилось.

Ну, Женька была бы не Женькой, если бы не рубанула правду-матку прямо в лицо. Не сказать, что это не задело Богдана. Какому парню не хочется почувствовать себя супер-мачо рядом с любимой женщиной? Задело его, конечно, прилично… Но… Он ведь знал, что может быть и так. Что, скорее всего, так и будет…

— Жень, я буду больше стараться в следующий раз. Обещаю. Тебе будет хорошо.

Она ничего не ответила. Просто встала, оделась и вышла из комнаты. С ней такое частенько случалось. Женька замыкалась в себе, когда эмоции были слишком сильными. Он к этому тоже привык. В принципе, они вообще здорово справлялись со всякими трудностями. Удивительно, но основной проблемой для Богдана стало не расстройство любимой, а собственная мать. Он познакомил ее с Женькой в канун Нового года. Не то, чтобы Жене этого очень хотелось, но парню удалось убедить ее, что это странно, когда мать не знакома с девушкой сына. К тому моменту они с Женькой встречались уже десять месяцев.

— Мам, ты только имей в виду, что Женя – особенная.

— Понимаю, Богдаша… – улыбнулась мать. – Конечно же, особенная, ты ведь в нее влюбился.

— Эээ, ну да… Только дело не только в этом… В общем, у нее небольшое расстройство аутического характера.

Руки Татьяны Ивановны замерли прямо над тестом, глаза широко распахнулись:

— Ты встречаешься с ненормальной?

— Почему? – удивился Богдан. – Женя умная и адекватная девушка. У нее есть некоторые особенности, только и всего.

— Ну-ну. Посмотрим, – нахмурилась родительница.

Знакомство прошло просто ужасно. Женя уловила, что ей не рады, моментально. И сразу же замкнулась в себе. Богдан уже знал, что в таких случаях ничто не сможет заставить девушку заговорить. Но она старалась, как могла. Отвечала что-то невпопад, а мать сыпала и сыпала вопросами, как будто не замечая, что Женя еще больше теряется.

— Мама! Хватит.

Богдан спешно свернул посиделки, и пошел провожать Женю домой. Всю дорогу девушка молчала. Она окончательно замкнулась в себе. Богдан не мог до нее достучаться даже в письменной форме. А ведь раньше в переписке они могли решить любые вопросы! Просто однажды Богдан понял, что Жене гораздо легче делиться собственными чувствами, и сформулировать их в письме. Когда она не видит собеседника. Но в этот раз она не отвечала! Даже Ирина Васильевна не знала, чем ему помочь. Женька не общалась и с матерью. Тогда впервые он встретился с Женькиным психотерапевтом. Тот объяснил Богдану и Ирине Васильевне, что им следует выждать. Просто дать время Жене переосмыслить случившееся. Богдан тогда чуть с ума не сошел. Месяц… Она приходила в себя целый месяц. Он едва не завалил сессию, чуть не вылетел из универа! Но его это абсолютно не волновало, а вот Татьяна Ивановна нашла лишний повод, чтобы возненавидеть Женьку еще сильнее. Как же… Из-за какой-то психички умница-сын чуть не перечеркнул все свое будущее. Она буквально изводила Богдана своими причитаниями! Уже тогда он едва удержался от того, чтобы не уйти из дома. Как бы он жил – парень не задумывался. В тот период у него даже не было работы…

В его жизнь Женька вернулась так же неожиданно, как и ушла из нее… Девушка просто написала сообщение, что ей предложили неплохой заказ, и она хотела бы за него взяться, чтобы начать зарабатывать. Сама бы она не справилась, а вот с Богданом могло бы что-то и выйти. Парень ни минуты не раздумывал – помчался к ней. Налетел прямо с порога, смял любимые губы… В тот день до заказа руки так и не дошли. Они просто утонули друг в друге. Он целовал любимую, ласкал, и не мог насытиться. Женька была не менее жадной. Она соскучилась по их ласкам, это было заметно. По дрожащим ресницам, припухшим губам и жадности, с которой она его целовала. В тот день Богдан впервые решился на оральные ласки. Спустился к ней между ног, лизнул припухшие складки. Женька захныкала, и развела ноги шире. Он продолжил свои движения, и неожиданно понял, что любимая-то уже на грани! Она бормотала в беспамятстве и подавалась бедрами навстречу его губам, а потом кончила, жалобно всхлипывая и сотрясаясь. Это был запредельный кайф – погрузиться в ее подрагивающую плоть. Он не продержался и двух минут.