Онлайн книга «По-другому»
|
— Решили попариться? — А?! – вскидываю глаза. – Нет! Из-звините. Я, похоже, дверью ошиблась! Вылетаю пулей. На этот раз безошибочно находя выход. Стыд обжигает щеки, стекает вниз по груди. Холода я не чувствую, хотя осталась в одном купальнике. Залетаю в спа. Падаю в ротанговое кресло. — Ну, наконец-то, Вер! Как все прошло? Что этот мудак сказал? Отпирался?! Мудак… Ах да! Они про Костика. — Господи, девочки! Я такая дурочка. Я так влипла. Вы бы знали… Почему-то случай в парной отодвигает произошедшее с мужем на второй план. Истерично хохоча, рассказываю подругам, что со мной только что приключилось. Прячу в ладонях горящие щеки. То хихикаю, блин, то рыдаю… — Что, прям вот абсолютно голый? — Совсем. Положил полотенце на лавку, чтоб зад не обжечь, и сидел в чем мать родила. — Значит, там у полковника все в порядке, – без капли сомнения в голосе заявляет Ирка. И оно-то, конечно, да. Более чем. Но откуда ей знать? — Откуда такие выводы? – утираю слезы. — Сама подумай, будь у него какие-то комплексы по поводу размера, стал бы он так беззастенчиво демонстрировать свое хозяйство всем желающим? Истерично ржу. — Не то чтобы я прям желала его увидеть. — Но увидела же. И что? Я угадала с размерчиком? — Ирка, отвали. Мне сейчас не до этого совершенно. — Ну, ведь интересно! Мужик этот у нас в городе не на последнем посту ведь будет... — И что? — А то! Все проблемы в мире от этого. — От чего? От маленького члена? — Естественно! Комплексы на какие только «подвиги» мужиков не толкают. А если мужик при власти… – Танюха поигрывает бровями, – его комплексы могут выйти боком многим. — Если так, Ир, можешь спать спокойно. Там все более чем достойно. Закрываю глаза. Но память настырно подсовывает картинки развалившегося на лавке в парной Меринова. Он немолодой – по крайней мере, на это намекают брутальные резкие морщины над переносицей и в уголках неулыбчивых губ и седина. Откуда мне знать, что он седой, если он лысый? Оттуда, что волосы растут не только на голове! О господи! Истерично касаюсь горящих щек. Вот это я вляпалась! Вот это я отмочила… И ведь вряд ли что могло сделать этот вечер хуже, а нет, оказывается, вполне. Какая же стыдоба! — Слушайте, а он женат? – интересуется Ирка. — Меринов? Не знаю, но дом он вроде сам выбирал, – отчитывается Волкова. Слушая разговоры подруг одним ухом, я заканчиваю одеваться, подхватываю шоппер и вдруг ощущаю, что мой заряд разряжается в ноль. Стихает истерика и уходит адреналин, на котором я так долго держалась. А действительность наваливается на плечи, придавливает к земле – ни вдохнуть, ни выдохнуть. С губ только всхлипы рвутся. — Вер? Вер, ты чего?! Меня ломает практически у цели. То есть у Иркиной тачки. Я опускаюсь на колени, одной рукой касаясь двери, другой – ледяного настила на дорожке, и начинаю громко, некрасиво выть. Девчонки пугаются, конечно, подхватывают меня под руки. Причитают: — Ну, ты чего, Вер?! Ты чего? Не конец же света! Вставай, давай, а то застудишься… А мне хочется заорать – конец! Конец всей моей жизни, девочки… — Тань, дай-ка ей выпить. Там еще оставался коньяк. — Не хочу, – вяло отбиваюсь. — Быстро давай! Глотни. Глотаю, потому что Ирка, если какой целью задалась, ни за что от нее не отступится. Надо будет – и в глотку зальет свой коньяк! Лучше уж я сама как-нибудь. Делаю глоток. Морщусь. Без закуски сорокаградусное пойло прокатывается по пищеводу и падает в пустой желудок. |