Книга Как во сне, страница 59 – Юлия Резник

— Не буду!

— Серьезными обвинениями раскидываешься, женщина. Повтори. Ты это мне сказала?

Удерживая за плечи, Эльбрус силой развернул меня к себе. Зажатая между дверью и его двухметровой тушей, я дрожала, словно трусливый заяц. И ведь не потому что боялась. Нет. Я же знала, что ничего плохого он мне не сделает. Просто…

— Трус, – прошептала, облизав губы. – Трус… Трус. Трус! Еще хо…

Заткнули меня поцелуем. Которого я, чего уж скрывать, и добивалась. Ни капли не сопротивляясь такому насилию, я обхватила Эльбруса за лохматую голову, притягивая его к себе еще ближе. Вкус Калоева был шокирующе-приятным. Незнакомым. Особенным. Горьким. Мои чувства к этому мужику в принципе горчили. Не имея абсолютно никакого опыта, я все же понимала, насколько это неправильно. Но, наверное, еще верила, что все можно исправить.

Раскатисто рыкнув, Калоев резко оторвался от моих губ. А я, не помня себя, стала целовать все, до чего могла дотянуться: заросшие щеки, шею, ключицы, до которых можно было добраться, оттянув поло.

— Ключи дай.

Точно. Ключи… Разжала ладонь. Терпеливо дождалась, когда Эльбрус справится с замками, и шагнула за ним, готовая ко всему. Вот только сделав пару шагов вглубь квартиры, Калоев остановился, словно резко передумав заходить. Перехватывая инициативу, я сама подошла к нему. Сама обвила руками за пояс. И сама стала покрывать поцелуями со спины опять же все, до чего дотягивались губы.

— Уль, у меня от тебя крыша едет.

— Ну и пусть!

— Нельзя же так…

На языке вертелось банальное «почему?». Но ответ был и так понятен – слишком мало времени прошло после смерти Риммы. Поэтому я спросила:

— А когда будет можно?

— Уль, ну это же не условия контракта, которые я должен выполнить к определенной дате. Это другое.

— Разве у траура, который носят люди, нет каких-то конкретных сроков?

— Я сейчас не о трауре напоказ!

— Ясно, – прошептала я, натягивая на руки рукава кофточки. Как-то зябко мне стало. А ведь если так разобраться, на что я вообще рассчитывала? – Просто, если бы ты обозначил, как долго это еще будет длиться, мне было бы легче…

— Легче что, Уля?

— Легче тебя ждать.

В глазах Эльбруса мелькнула совершенно непонятная мне эмоция. И, кажется, он беззвучно выругался в бороду.

— Я же не просил тебя… ждать.

Вздрогнув, я скрестила на груди руки в защитном жесте, но тут же их уронила вдоль тела. Не просил? Тогда какого черта он за мной поехал?!

— Да? Точно. Ты трусил. Ну… Тогда не задерживаю, как говорится, – я отступила к стене и дурашливо поклонилась, махнув рукой в сторону входной двери.

— Ты не понимаешь, – запрокинул голову к потолку Эльбрус.

— Ты тоже. Какой-то разлад случился в нашей коммуникации. Думаю, будет лучше, если я напишу заявление по собственному.

— При чем здесь одно к другому?

— При том, что сложно работать с человеком, которого совершенно перестал понимать.

Впившись в меня чуть сощуренным взглядом, Эльбрус недоверчиво покачал головой.

— Не делай этого.

— Чего?

— Того, о чем пожалеешь.

— Знаешь, как говорят? Лучше пожалеть о том, что сделал, чем о том, что нет. Впрочем, судя по всему, у тебя другие мысли на этот счет, – добавила мстительно.

Калоев сделал решительный шаг ко мне. Сжал пальцы на запястье.

— Ты же специально, да, нарываешься?

— Я не знаю! – вскрикнула я. – Как тут вообще разобраться, а?! Ты говоришь, что я тебе не нужна, но не даешь мне встречаться с другими. Ты утверждаешь, что все еще любишь жену, но когда целуешь, кажется, только дай – сожрешь меня вместе с косточками. Может, это какие-то намеки, но, как ты понимаешь, у меня совершенно нет опыта в-в-в эт-том. Й-а-а-а сбита с толку и не знаю, что делать дальше.