Книга Обречен тобой, страница 10 – Юлия Резник

— Ну что, мать, какая-то постоянная телка у него есть. Вряд ли жена, но…

Это глупо… Глупо ревновать, да. Но в свое время я так остро его любила, что отголоски той любви и сейчас поднимаются в груди волной разрушительной ревности.

— Ничего. Не хочу. Знать.

— Да погоди ты! Знание – это сила.

— Я к нему ни за что не обращусь! – повторяю раз за разом. – Это все не имеет смысла.

— А если он к тебе обратится? – сощуривается Наташка, цепляя меня на крючок своего взгляда. – Об этом ты не подумала?

— Нет. Зачем ему это делать?

— Затем, что и он тоже наверняка получит это письмо. Не сейчас, так потом. Но оно найдет его.

— И что? Мир наверняка забыл обо мне и думать.

— Ага. Если бы ты сама в это верила, то не дрожала бы сейчас как трусливый заяц.

Не выдержав, бросаю взгляд на экран Наташкиного телефона.

— На. Здесь всего пара фоток. Наверное, он подчищает размещенную инфу. А эти просто не успел…

— Не выдумывай. Вряд ли у него настолько длинные руки.

— Вик, его фирма специализируется на кибербезопасности. Уверена, твоему Миру не составит труда вычистить что угодно.

Машинально киваю, с жадностью разглядывая то самое фото, где он с другой. Судя по тому, что эта барышня отличается от меня как день от ночи, вкусы Мира за последние годы сильно изменились. Со снимка на меня смотрит холеная брюнетка с роскошными формами и чувственными губами.

Мой взгляд невольно останавливается на собственном отражении в зеркале. Нет, у меня нет никаких комплексов по поводу внешности. Маленькая собачка всегда щенок, а после тридцати ты уже понимаешь, как много одно только это значит. К тому же я симпатичная. Но она… Она Миру подходит гораздо больше. Не то чтобы я всерьез сравнивала. Или на что-то надеялась. Просто это невозможно не отметить, как, скажем, невозможно не отметить ливень, когда под него попадаешь.

Я не собираюсь заниматься самобичеванием.

Или доставать воспоминания, надежно спрятанные в сейфе памяти.

Я психически здоровый человек. Психически здоровый человек ни за что не станет заниматься таким мазохизмом.

И я ни за что не буду искать встречи с Миром. Даже если это – мой последний шанс. Надо смириться, что есть вещи и обстоятельства, которым просто не суждено случиться.

Очень кстати в дверь звонят.

— Это Валера.

— Я тогда пойду. И это… Ты не делай глупостей, ладно, Вик?

— Например, каких, интересно? – закатываю глаза прежде, чем открыть.

— Привет! Ого, да ты пьяненькая, – округляет глаза Валера, оттесняя меня вглубь коридора. – Гам, заходи, че встал? – оглядывается за спину. – Это тебе! Нужно твое авторитетное мнение.

— Мое? А по какому поводу? – растерянно смотрю на протянутый пакет с… шаурмой?

— Ну, я же тебе рассказывал, Вик, ты че? Привет, Наташ, – поясняет Валера, одновременно сторонясь, чтобы дать другу пройти, стягивая ботинки ногой, и свободной рукой – крутку. – Мы с Гамом бизнес мутим.

— Как ваш бизнес связан с шаурмой?

— Непосредственно, – откашливается Гамлет. Он армянин. Такой прям… утрированный. Большой, волосатый и немногословный. Из тех армян, которых даже в темноте не перепутаешь с итальянцем.

— Вы что, открываете шаурмичную? – вскидывает брови Наташа.

— Надо же с чего-то начинать. Ну, пробуй!

— Да мы только поели, Валер.

— Быстро, – смеется тот и тычет мне под нос ароматно пахнущий конвертик лаваша, из которого вот-вот выпадет начинка. – Открыла рот! Ну как?