Книга Все дороги ведут к тебе, страница 62 – Юлия Резник

— Это не имеет значения.

— Еще как имеет! Я тебе не изменял! - поднял голос Чалый. - Ты почему-то думаешь, что я гулял, как распоследний кобель, но такого не было! Не было, понимаешь?!

— Хорошо... Не гулял, так не гулял, - безропотно согласилась Лия, понимая, что спорить с ним, когда он находится в таком состоянии - себе дороже.

— Что хорошо?! Что, мать твою, здесь хорошего?! Кто тебя настращал? Кто заставил поверить в эту х*йню? На что надавили?!

— Саша, перестань... - дрожащими губами прошептала женщина. - Ты меня пугаешь.

Лие показалось, что в его облике что-то изменилось. Чалый опустил руки. Чуть наклонил голову, упершись лбом в косяк. Она молила бога, чтобы у Сашки поскорее закончилось занятие. Наверное, было неправильно использовать ребенка в качестве щита, но Лия не знала, как по-другому это все прекратить. Чалый пошевелился, прикусил костяшки пальцев, снова повернул голову к ней:

— У меня никого не было. Никогда. Только ты.

— Ладно. Я поняла... Можно мне теперь пройти?

— Ни черта ты не поняла! Ни... черта... не... поняла! Я любил тебя! Любил...

В ответ на его слова она тоже начала заводиться! Ну, что ж он за кровопийца такой?! Зачем вообще поднял эту тему? Изменял... Не изменял! Да какая теперь, к черту, разница? Какая?!

— Давай поговорим, когда ты отдохнешь... Сейчас не время.

Чалый оттолкнулся от стены и тремя тяжелыми шагами преодолел разделяющее их пространство. Обхватил ладонью ее беззащитно-голую шею и запрокинул голову, впиваясь черным демоническим взглядом.

— Я перед тобой виноват во многом. Но я тебе не изменял. А потому должен знать, кто тебя убедил в обратном. Кому это было на руку?! Я должен знать!

Хотела бы она понимать, что чувствует. Выдернуть из того урагана чувств, что на нее обрушился, самое главное. Ключевое... Но не получалось. И только одна мысль перекрывала собой все другие - даже если она ошиблась, даже если действительно чего-то не поняла, разве сейчас, после всего случившегося, это имело значение? Шесть лет. Шесть лет кошмара без сына... Какая разница, что ему предшествовало? Что это меняет сейчас? Что?! И с какого перепуга это так важно стало для Чалого?

— Меня никто против тебя не настраивал, если ты об этом, конечно. Я все видела своими глазами, но сейчас действительно не время для этого разговора.

— Что ты видела? - будто бы не слыша ее, настаивал Чалый.

Лия сцепила зубы и сжала дрожащие руки в кулаки. Какого черта он вытворяет? Зачем?!

— Послушай, - как можно более спокойно начала она, - сейчас это не имеет значения. Все осталось в прошлом, ведь так?

— Черта с два! Еще как имеет!

— Ладно! Ты хочешь это услышать? Пожалуйста! Я увидела помаду на твоей рубашке... Я ж не дура, Саша... Все поняла. И отлучки твои, и...

— Ты увидела помаду на рубашке? - у Чалого дернулся глаз.

— Да. Был Новый год, мы ждали тебя с Сашкой, но ты не спешил домой... - Лия пожала плечами, - только потом, когда ты, наконец, явился... все стало понятно.

— Дура! - рявкнул он, - какая же ты дура... - протянул нараспев, оседая прямо на пол.

Наверху хлопнула дверь, и следом раздались быстрые легкие шаги - кто-то бежал по лестнице. Такой способ передвижения в этом доме мог избрать только один человек...

— Мама... Папа... А ты почему здесь сидишь?