Онлайн книга «Любовь и прочие "радости"»
|
Тихон забрался в холодильник, достал банку сардин, три оставшиеся картошки, которые при желании можно было довольно быстро испечь в микроволновке, и плеснул себе коньяку. Обычный вечер обычного неудачника. Тихон махнул первую рюмку и слегка поморщился. Коньяк согрел теплом голодный желудок. Он, кажется, вмиг захмелел. И снова вернулись грустные мысли, которые обычно Гдальский от себя гнал. Еще три года назад, если бы кто-то ему сказал, что с ним может случиться то, что случилось — он бы покрутил пальцем у виска. Бабы — зло. Да… А может, он сам виноват, что слишком много доверил теперь уже бывшей жене? А с другой стороны, как было не доверять? Кому тогда, если не родному и близкому? Ну, это тогда ему казалось, что близкому. Он ошибался, по факту. И осознание этого ударило, наверное, больнее всего, а не потеря бизнеса, статуса и денег, как думали многие. Тихона подкосило предательство. Со всем остальным он бы справился. Зубы сцепил… и справился бы. В конце концов, какие его годы? А вокруг — море возможностей. Но не хотелось. Ничего не хотелось, после всего. Разве что пирога иногда… Да и тот, вон, сгорел. Зазвонил телефон. Тихон бросил взгляд на дисплей — звонила бывшая. Этой что еще надо? Впрочем, не взять трубку он не мог. Их с Иркой связывала дочка. — Да. — Ну, слава богу. Слушай, если ты не поговоришь с Катей… я ей… я ей — не знаю, что сделаю! Она окончательно вышла из-под контроля! Шляется где попало. Отбилась от рук, я… — Не тараторь. Что случилось? — Что случилось?! Тихон скользнул взглядом по дисплею на духовке. — Ага. Начни с этого… — поддел Тихон бывшую. — Думаешь, остроумный, да?! Я бы на тебя посмотрела, если бы это ты нашел тест на беременность в мусорной корзине! Мне следует добавить, что это не я его делала, или до тебя и так дошло?! Тихон нахмурился. Сжал трубку чуть сильнее. Нет, он не то, чтобы не понимал, но… Черт. Это ведь его девочка! Его маленькая доченька, его Катюха… Какие тесты на беременность? — У тебя там что? Сердечный приступ? — Не дождешься. — Тогда какого черта ты молчишь?! — вспылила Ирка, потом со свистом выдохнула, так, что в трубке зашуршало, и уже более спокойно добавила. — Поговори с ней, Тиш… Она ж тебе все рассказывает! О чем?! О чем, мать его так, ему с ней поговорить? Как она себе это представляет?! Разве это не бабские разговоры? И разве это не мать должна… Черт! Вот это да… Он, что же, может быть, дедом станет? — Почему я? Ты ведь мать её мать, Ира. Или тебе, из-за нового хахаля, не до Катьки? — Ну, давай! Обвиняй меня! Не пропадать же такому поводу! — и себе зацепилась женщина. — Когда ты уже отпустишь эту ситуацию, Тихон? Мы развелись, да. И вполне закономерно, что в моей жизни появился новый мужчина. — Да мне похрен, кто в ней появился. — А так и не скажешь! — Не тешь себя мыслью. Мне до тебя дела нет. А вот то, что ты Катьку упустила… — Упустила?! Я?! Да это же ты ее против меня настраиваешь! Разве я для нее авторитет? — Я ей слова плохого про тебя не сказал. Она девочка умная. Сама поняла, чего ты стоишь. Наверное, в нем говорил алкоголь. Раньше Гдальский не позволял себе таких высказываний. Он вообще с Иркой не говорил после того, как все завертелось. Один раз только выслушал ее истерику. И все… Больше на разговоры времени не было, нужно было действовать. Эта ж дура, она не только их фирму под удар поставила. Но и себя. Тихону только и оставалось, что разгребать последствия. И сделать все, чтобы не допустить ареста. Ни своего, ни её… Так он все и потерял. А то, что еще оставалось — Ирка забрала себе. Он не протестовал, хотя, конечно же, мог бы. Просто имущество, деньги — это было ничто по сравнению с её предательством. Долгое время он не мог понять, как вообще мог так ошибаться в человеке. Как мог ему доверять и любить… |