Книга Что, если?, страница 67 – Юлия Резник

Имана хмыкает. Отступает на шаг от наморщившей нос сестры.

— Поможешь натаскать воды? Я что-то устала…

— Ты здесь пряталась? Все это время?! Господи…

— Не драматизируй. Лучше расскажи, о чем тебя расспрашивали. И кто.

— Да не знаю я! Тыкали какие-то корочки, да разве я с перепуга запомнила имена? А спрашивали… – Айна останавливается, чтобы открыть дверь. – О всяком. Где ты, что ты, когда мы в последний раз виделись.

Они проходят в дом. Имана с облегчением отмечает, что Айна уже навела здесь порядок. Даже срезанные ивовые ветки поставила в стакан. Навела уют.

— А ты что?

— А что я? Все как есть рассказала. Да ты садись! Я как раз суп сварила. Будешь суп?

— Буду.

Поесть и не уснуть – задача не из легких. Пока Имана с ней справляется, черпая ложкой наваристую похлебку, Айна наполняет таз водой. И помогает ей раздеться. Имане чудится, что с губ сестры срываются ругательства. Сколько бы Айну ни лечили в детстве, сколько бы она сама ни отрицала свою сущность, видит она значительно больше других. Вон, даже разглядела сошедшие синяки…

— Тебе будет лучше уехать.

— Ну да. И бросить тебя в таком состоянии.

— Айна…

— На вот, оденься. И ложись спать. Утром поговорим. На свежую голову.

Ночнушка Айны пахнет кондиционером для белья. Постель – морозной свежестью. Имана проваливается в блаженный сон. Просыпается, когда за окном темным-темно. Садится на кровати, спросонья не сразу понимая, где она и что происходит.

— Выспалась?

— Угу. Долго я?

— Да уж вторые сутки.

Имана спрыгивает с постели, за ней поднимается и сестра.

— Чего вскочила? Я в туалет, и вернусь.

— Есть погрею. Наверняка захочешь.

Айна старше Иманы почти на семь лет. Но она родилась и всю жизнь провела в городе. Тем удивительнее то, как легко она справляется с деревенским бытом. Затопить печь, натаскать воды, что-то приготовить и не сжечь без возможности убавить жар в конфорке – надо еще умудриться.

— Я не сделала ничего плохого. Но меня могут искать. И тогда… Правда, Айна, тебе лучше уехать.

— Мне лучше знать, что делать! – неожиданно огрызается та. Имана закусывает губу:

— Ты что-то видела?

Нет, она помнит, что это запретная тема. И что Айна не принимает свой дар, она тоже в курсе, но…

— Я много чего видела, – ожидаемо «съезжает» с темы та. – Кстати, если тебе нужно будет остаться, я привезла продуктов и кое-какую одежду. Столько натащила, ей богу, что и до следующей зимы хватит.

Уважая право сестры самой решать, что она готова обсуждать, а что нет, Имана лишь благодарно кивает. Хотя ей не понять, почему Айна живет по факту не свою жизнь.

— Как твой бизнес?

— Все пучком. Такие времена, как сейчас – раздолье для шарлатанов.

— Ты не шарлатанка.

— О да. Я – предсказательница. Пф-ф-ф-ф… – Айна рисует руками в воздухе широкий круг, перебирает пальцами. – Да брось.

— Зачем же ты ведешь прием?

— Из-за денег, ясное дело. Им же все равно, кому их нести, чтобы услышать то, что хочется. А я, как дипломированный психолог, хотя бы не наврежу… – пожимает плечами.

— Тебе не кажется, что этим объяснением ты себя просто утешаешь? А в это время твоя истинная сущность берет свое. Я ведь тоже иногда…

— Что? – стреляет глазами Айна.

— Я вижу… Кое-что.

— Что ж ты не увидела поджидающие тебя неприятности?

— Вот так. Не увидела, – пожимает плечами Имана и встает из-за стола. Айна ловит ее руку: