Книга Понедельники, страница 30 – Юлия Резник

— Черт! — выругался Павел, отстраняясь. — Кого нелёгкая принесла?!

Таня растерянно повернулась, пожимая плечами. В глубине квартиры раздался плач Даньки. Женщина ещё раз зыркнула на любовника и поспешила к сыну, а Павел, чертыхаясь, поплёлся к домофону.

— Да! — рявкнул неприветливо.

— Павлик, это я! В гости, вот, решила нагрянуть, раз тебя не дождёшься.

Чёрт! Черт! Черт!!! Мама… Как же не вовремя.

Подъем матери на второй этаж не занял много времени, мужчина даже не успел предупредить Таню о приходе гостей.

— Ну, здравствуй, сынок! С наступающим! — задорно проговорила мама, снимая с головы пуховый платок. А потом замерла, глядя вглубь квартиры. — Ох! Это кто тут у нас такой хорошенький? Что за малыш?! — Запричитала пожилая женщина, завидев Данюшку.

Вслед за сыном из комнаты вышла и Таня. Она, конечно же, не успела переодеться, и теперь факт их совместной ночёвки был, что называется, на лицо. Впрочем, Павел и не планировал ничего скрывать. Зачем?

— Здравствуйте, — робко поздоровалась Таня, судорожно сжимая халат на груди. К слову сказать, её соски были все ещё возбуждены и отчетливо выделялись сквозь мягкий, не один раз стираный трикотаж. Мужчина завёл ногу за ногу, прикрывая наметившийся стояк.

— Здравствуйте, — улыбнулась пожилая женщина. — Извините, что ворвалась без приглашения.

— Что вы! — распахнула глаза Татьяна. — Это вы извините, что мы так…

Всеобщие извинения бесцеремонно прервал сам Павел:

— Что вы все извиняетесь? Мама, давай своё пальто. Таня, ставь чайник.

Таня отмерла, кивнула головой и промямлила:

— Сейчас… Переоденусь только.

Пока молодая женщина приводила себя в порядок, Павел с матерью прошли в кухню и принялись разбирать сумки, которые женщина принесла с собой.

— Мам, ну зачем ты это все тащила, а? На автобусе, тем более! Не могла мне позвонить? Я бы приехал!

— Ага… Приехал бы, когда такие дела делаются. Это кто, Павлик? У вас серьезно?

— Не знаю, мама. Я ей помочь хотел, и вон, что получилось, да, Данюха?

— Павлик, она разведена, или как? — осторожно поинтересовалась женщина, перехватывая у сына ребенка.

— Нет. Таня не была замужем. Ей досталось по жизни, поэтому, пожалуйста, не спрашивай у нее ничего.

Мать махнула рукой, как будто он попросил о чем-то, само собой разумеющемся.

— Значит, Таня… — задумчиво протянула мать. — Лет то ей сколько, девчонка совсем против тебя.

— Я тоже не старик, — нахмурился Павел, и тут же добавил, — двадцать восемь ей уже. Не девочка, поди.

Таня неловко застыла в проходе. Да… Не девочка, и не поспоришь. А в душе так вообще старуха.

— Тань, ты чего стоишь в дверях? Проходи, давай, завтракать будем, — скомандовал Павел, завидев молодую женщину. — Тут мама пироги принесла. А это что? — повернулся к родительнице, извлекая судок.

— А это оливье, Павлик. Нарезала с утра. Я ж не знала. Что ты хозяйкой обзавелся, думала, побалую тебя домашним на праздник, — смущенно пожала плечами мать.

— Вот нам повезло! — восхитился Павел, поворачиваясь к Татьяне. — Мама готовит оливье, вкусней которого я в жизни не ел.

Молодая женщина смущенно кивнула головой, мол, повезло, конечно, а сама отвернулась, набирая воду в чайник. Это утро было настолько неожиданным, что она вообще не знала, как себя вести. Еще вчера Таня и думать не думала, что между ней и Павлом хоть что-то возможно, и уж тем более не предполагала, что она познакомится с его матерью. Таня чувствовала себя жутко неуместно. А впереди Новый год — семейный праздник, на котором она точно будет лишней.