Книга Ты - мои крылья, страница 21 – Юлия Резник

Глава 7

Он устал. Перелет из Парижа прошел в штатном режиме, и все бы хорошо, да только их рейс задержали на восемнадцать часов! Сначала ждали окончания снегопада, захватившего в плен Европу, а после — пока выйдет время отдыха экипажа, у которого в разгар непогоды закончился рабочий день. Орли не был базовым аэропортом их авиакомпании, ни о какой подмене даже речи не шло, а потому все так затянулось…

Первым делом, по прилету, Артур позвонил дочери:

— Ну, слава Богу! Нашелся! — раздался возбужденный голос Каркуши.

— Да я и не терялся, собственно. У тебя еще много уроков? А то я и подкинуть могу…

— Счастье-то какое! Ты вообще на часы смотрел? Я как раз собиралась идти к остановке…

— Тогда подожди. Буду минут через десять.

— Угу, — буркнула Карина, а потом, будто бы что-то вспомнив, затараторила. — Только я не домой!

— А куда же?

— В спортзал!

— Хм…

— И что бы означал этот звук? Мы ведь уже все решили!

— Угу. Решили… Жди. Скоро буду.

Артур отложил телефон и прибавил газу. Они действительно обсудили с Кариной ее новое увлечение. Полдэнс. Название-то какое… Как отец, Копестиренский был счастлив, что у его ребенка появилось хобби, но, в то же время, не мог до конца смириться с тем, что оно… настолько специфическое. Нет, он не был дремучим… просто шест у него ассоциировался исключительно со стриптизом. Стриптиз — с женщинами легкого поведения. И хоть убей, он не мог выстроить в голове иной ассоциативный ряд, в который бы хоть как-то вписывалась его семнадцатилетняя дочка.

Карина ждала отца у ворот. Стоило ему подъехать, девушка лихо запрыгнула в машину и небрежно закинула на заднее сидение рюкзак.

— Пристегнись, — скомандовал Артур.

Девушка закатила глаза, но послушно взялась за ремень. Заворочалась на сиденье, достала из кармана помаду. Приблизила лицо к зеркалу заднего вида, повертела из стороны в сторону головой.

— Разве в школу можно так сильно краситься?

— Так я же не в школу… — невнятно проговорила Карина, подкрашивая и без того яркие губы.

— В спортзал — тем более… зачем?

— Ой… Па, не начинай!

Движущаяся впереди машина резко затормозила. Чертыхаясь, Артур утопил педаль тормоза в пол, тюбик помады выскользнул из рук девушки и закатился под кресло.

— Ты че творишь, урод?! — заорала Карина водителю впереди, но тот, конечно, ее не услышал. — Нет, ты это видел?! — перевела возмущенный взгляд на отца.

Копестиренский только лишь флегматично пожал плечами. В последнее время Артура мало что трогало. Его чувства, его эмоции… они будто бы атрофировались. Он даже не злился. Это бы потребовало слишком много душевных сил, а им просто неоткуда было взяться. В последний раз он чувствовал, когда гроб с телом Лары опускали в промерзшую землю. А после… Артур будто бы сам заледенел.

Все еще бурча под нос что-то о козлах-водителях, Каркуша пошарила рукой по полу в поисках помады.

— Упс… А это что?

Артур бросил на дочь косой взгляд, но завидев браслет Стеллы, который та зажала между пальцев, резко обернулся:

— Ты где его взяла?!

— Алё… Есть кто дома? Под сидением, ясен пень. Ты че, па?

— Дай сюда… — протянул руку.

— Да, пожалуйста! — фыркнула девушка, небрежно всучив в ладонь отца украшение. — Это кто тут у нас такими вещичками разбрасывается, пап, а, пап?

— Прекрати ерничать, — поморщился Копестиренский.