Книга Похмелье, страница 43 – Юлия Резник

— Из классики? Нет… Я даже побаиваюсь людей, которые в моем возрасте читают Идиота. У меня сразу возникает резонный, как мне кажется, вопрос – а что же они читали до этого? Приключения незнайки на Луне? Аналогичные чувства у меня вызывают только преклонных лет дамы, которые пытаются молодиться. Ну, знаешь, эти кошмарные леопардовые лосины и кофточки с вырезом до пупа? Словом, если ты до тридцати лет не прочитал Идиота, то пусть он и дальше пылится на полке, как и те леопардовые лосины, которые в сорок лучше не надевать.

Тут уж все Юлькины тараканы приподняли головы, и «читать» совершенно расхотелось.

— А что… что нужно читать, по твоему мнению, в сорок?

— Оруэлла, Кортасара, Керуака...

Ну, если о первом Юлька хотя бы слышала, то остальные фамилии ей даже ни о чем не говорили. Тараканы шевелили усами и потирали лапки в предвкушении вечеринки, которая, очевидно, случилась бы, если бы не дальнейшие слова Олега:

— Это если говорить о таких старичках, как я. Ты-то у нас дева юная. Тебе и Достоевского не грех почитать…

Юлька выдохнула. Хоть ей и не понравился намек на ее нежные годы (данный факт их как будто еще больше разделял), но, все же, слова Олега не дали вырваться из-под замка ее комплексам. Это дорогого стоило. Так что, вот… Шекспир.

Пискнул телефон, извещая о пришедшем сообщении: «Ну, что, готова к визиту в приют?» - озвучило приложение приятным, хорошо поставленным мужским голосом. «Абсолютно. Жду с нетерпением» - отчетливо проговорила Юлька, и, дождавшись, пока программа преобразует ее слова в буквы, отправила ответ. Ей оставалось только надеяться, что программа не допустит никаких грамматических ошибок. Проверить это она не могла.

Утро выдалось холодным, но солнечным, Юлька быстро позавтракала, на всякий случай сходила в душ, и сверилась с часами. У нее было еще немного времени до приезда Олега, поэтому она решила накрасить хотя бы ресницы. Он еще никогда не видел ее «при параде». На работу Юлька отродясь не красилась, а он только там ее и встречал. Пора исправляться. Ну и что, что она Вере и в подметки не годится, что мешает ей быть хоть немного посимпатичнее?

Когда Олег подъехал к Юлькиному дому, девушка уже переминалась с ноги на ногу на тротуаре. Та же кожанка, те же джинсы, те же тимберленды. А вот с лицом что-то не то.

— У тебя что-то с глазами... – заключил мужчина вместо приветствия. Юлька, которая проскочила в машину, не дожидаясь, пока перед нею откроют дверь, заерзала на своем месте и посмотрела на себя в зеркало заднего вида:

— Что не так? Нормально все, вроде, - нерешительно протянула она.

— Ты накрасилась!

— И что, я пропустила, когда это событие внесли в уголовный кодекс?

— Просто непривычно, – пожал плечами Олег. – Я еще не видел тебя при макияже.

— Не пойму, зачем он мне на работе. Там то масло на морду капнет, то что-нибудь в глаз попадет.

— И то так, - покладисто согласился Олег, бросая на Юльку косые взгляды, которые ее порядком нервировали.

— Куда едем сначала?

— За кормом.

— Ты знаешь хороший магазин?

— Юль, - Олег притормозил на перекрестке и повернул к ней ухмыляющееся лицо, - это просто бездомные собаки. Они едят все, что угодно. Нам сойдет первый попавшийся зоомагазин.

Она залипла на нем. Вот, как есть, залипла. На глазах смеющихся, чайных у зрачка, и более темных к краю радужки. На покрытых густой каштановой щетиной щеках – Олег не озаботился сегодня бритьем по случаю выходного. И таким он ей казался в этот момент близким! Без своего очередного костюма. В кожаной, как и у неё, куртке и самых простых синих джинсах. И казалось, что он совсем близко – протяни ладонь, и возьми. Да только самообман это.