Книга Буду тебе женой, страница 75 – Юлия Резник

— Ну, ты и сучка… — прохрипел её муж.

— Угу. Но тебе нравится… Не так ли? Скажи, где сейчас находится твой кулак?

Можно было не спрашивать. Она видела, что он дрочит. И эта ситуация заводила так же сильно, как и унижала, уничтожая что-то чистое, хрупкое. То, что каким-то чудом еще в ней сохранилось. Из глубин души поднималась такая черная, такая разъедающая тоска, что Карина боялась не справиться. Не доиграть до конца эту роль. Капитулирует, признавшись в собственном поражении. Вот он… надрыв. Дерни чуть сильней, и тонкие ниточки связи не выдержат. Оборвутся. Воздух вокруг накалился, нервозность достигла самого пика, и, не справившись с ней, Карина резко вскочила и захлопнула крышку ноутбука. Это слишком… слишком сильно било по нервам. Она не могла играть. Делать вид, что все хорошо, давиться его оскорблениями.

Тишину, нарушаемую лишь звуком ее надсадного дыхания, прервал звонок телефона. Не глядя на дисплей, потому что наверняка знала, кто это звонит, Карина сбросила вызов, а потом и вовсе отключила телефон. Тогда начали звонить телефоны по всему дому. Давясь захлёстывающими эмоциями, девушка спустилась вниз и дрожащими руками выдернула провод из сети.

— Все хорошо? — выглянула из своей спальни экономка.

— Да… Все просто отлично. Это… хулиганы. Боюсь, разбудят Тима.

— Может быть, позвонить в полицию?

— Не нужно, — вымученно улыбнулась Кори, пряча за спиной дрожащие руки, — скоро им самим надоест. Или они переключатся на кого-то другого.

В ту ночь ей впервые за много лет приснился кошмар. Она снова тонула… Вскочила, жадно вдыхая воздух, едва выбравшись из марева сна. По лицу катились слезы, а тело было покрыто липкой испариной.

Разбитой, древней, как мир, старухой — вот как она себя ощущала… Китай ввел зеркальные пошлины, Мэй объявила о своей отставке, в офисе творилось черте что, а она никак не могла сосредоточиться на текущих задачах.

— Повтори, что ты сказал… — попросила Карина одного из своих аналитиков, морщась от острой головной боли. Дверь распахнулась, и на пороге возникла взволнованная секретарша:

— Миссис Уэллс, в приемной вас ждет мистер Уэллс, и он просил передать, что это срочно.

Карина провела растерянным взглядом по собравшемуся в ее кабинете народу, который, не дожидаясь ее команды, повставал со своих мест.

— Продолжим после обеда… — вздохнула она, сверившись с часами на запястье. Логан вошел, даже не дождавшись, когда все присутствующие выйдут. Поздоровался и направился прямо к ней. Страшно помятый, как будто только-только с дороги. И такой родной… Карина сглотнула.

— Что-то не так?

— Это я у тебя должен спросить.

— Спроси…

— Какого черта вчера случилось?!

— Не знаю. А что думаешь ты?

Они стояли друг напротив друга, разделённые столом и… тысячами несказанных слов. Ноздри Логана трепетали. Воспаленные недосыпом глаза покраснели, а волосы упали на лоб небрежными прядями.

— Если у тебя есть ко мне претензии, ты можешь озвучить их прямо сейчас.

— У меня нет к тебе никаких претензий. Но это не означает, что я позволю втаптывать себя в грязь.

Уши Логана вспыхнули!

— Я не втаптывал тебя в грязь! Я хотел кончить! Разве тебе не говорили, что нельзя сначала завести мужчину, а потом бросить его неудовлетворенным?

— Так ты поэтому примчался? Чтобы я довела начатое до конца?