Книга Буду тебе женой, страница 52 – Юлия Резник

— И как успехи?

Сохранять лицо в сложившейся ситуации ей было все сложнее. Сердце Карины трепыхалось пойманной птицей, а холодный пот ручейками стекал по спине. Ей было безумно страшно, но ничего нельзя было переиграть.

— Не очень, — покаялся Логан, — наш договор — это, знаешь ли, для него так себе аргумент.

От унижения Карине хотелось плакать. Но жизнь не зря ее била так сильно. Она многое поставила на кон и просто не могла отступить. Собрав в кулак всю свою волю, девушка упрямо выпятила вперед подбородок и спросила, глядя прямо в глаза:

— Понимаю… А какой аргумент для него будет достаточно весомым? Может быть, этот?

Карина, неторопливо преодолела разделяющее их расстояние и опускаясь перед ним на колени.

Он врал. Какой там, нахрен, «так себе аргумент», когда с самого утра на взводе? Стоило только коснуться взглядом золота её глаз, как он увяз в нем, как самый последний скряга… Карина поднесла руку к его ширинке. Осторожно взвесила в ладони отяжелевшие яйца. С шумом сглотнула и медленно подняла ресницы. Сейчас она могла бы запросто уличить его во лжи, но почему-то не стала. Просто смочила пересохшие губы языком и потянула за язычок молнии. Кислород в легких замер. Брюки упали. Карина сдвинула вниз резинку боксеров и, не потрудившись их снять, просто высвободила его напряженный до боли член из трусов. Логан уперся затылком в стену, закрыл глаза, давая себе пару секунд на то, чтобы остыть хоть немного. Но так и не смог заставить себя на неё не смотреть, усугубляя тем самым агонию.

Его возбуждение было таким сильным, что синие вены на члене набухли, выступая над кожей причудливой вязью, а толстая головка сочилась от смазки. Карина медлила, будто раздумывая, как вместить в себя его великана, и Логан нетерпеливо дернулся. Её рука рефлекторно сжалась — он зашипел. Зарылся пальцами в шикарные волосы девушки, подталкивая её голову в нужном направлении. Мазнул плотью по нежной бархатной щечке, оставляя на ней блестящий влажный след, и с приглушенным позорным стоном толкнулся в пухлые губы. А она послушно открыла рот и принялась неторопливо, со вкусом его исследовать. Языком по уздечке, вверх-вниз, проникая в щелочку уретры.

— Возьми его… — прохрипел Логан. — Просто возьми его в рот! Ах…

Контроль испарился. Ничего не осталось… И хоть Карина действовала неумело, но в ней было столько искушенья, столько греха, что это полостью компенсировало отсутствие практики. Логан обхватил ее голову ладонями и насаживал на себя, проникая все глубже и глубже. Он с рыком запрокинул голову к потолку, а когда вернулся взглядом к Карине, на ее щеках блестели влажные дорожки слез.

Дерьмо!

Логан отскочил от девушки. Замер, глядя, как та быстрым движением пальцев убирает с лица слюну и слезы. В ушах ревела кровь. Член пульсировал и требовал незамедлительной разрядки. Контроль мужчины зиждился на тонкой-тонкой ниточке. Ему хотелось кончить между этих пухлых, воспаленных губ. Хотелось испачкать ее лицо и волосы. Он никогда не ощущал такого дикого голода, и это сбивало с толку, пожалуй, больше, чем все остальное. Потребность в ней…

— Обопрись о стену…

— Что?

— Обопрись о стену! Ну же! Быстрее. Что тебе непонятно?

Карина быстро крутанулась на пятках. Пошатнулась неловко и уперлась своими маленькими ладошками в стену. Наверное, он какой-то латентный извращенец… Не зря ведь бежал от неё тогда, пять лет назад. И хорошо, что она оказалась совершеннолетней, но… Логан не мог отрицать, что в тот момент трахнул бы её в любом случае. Ничто бы его не остановило. Карина пробуждала в нем что-то страшное, мощное… То, чему он не мог противиться, руководствуясь доводами разума.