Книга Грешник, страница 87 – Юлия Резник

— Как она вышла на улицу, ты тоже не засек?

— Из подъезда не выходили с коляской! Клянусь вам - я был на посту.

Громову хватило взгляда, чтобы понять - не врет. Он встал из-за стола, бросился в Наташкину комнату, которая теперь превратилась в детскую. Естественно, Наташа спала с ним, но в целях конспирации ее вещи все еще хранились в другой комнате.

— Все на месте, - бормотал Громов, шаря на полках.

— И коляска на балконе, - раздался виноватый голос за спиной.

Не глядя на охранника, Громов вернулся в прихожую, сунулся в валяющийся на тумбочке рюкзачок. Открыл его. Она даже кошелек не взяла... Не взяла. Или... или ей не дали?

Громов схватил телефон. Два гудка, и в трубке послышалось хриплое:

-Да?

— Матвей... Подтягивай наших ребят и дуйте ко мне. Срочно.

Потом Глеб частенько размышлял о том, как вообще не сдох в те самые первые, самые сложные дни. И как сам не убил кого-то? Того же парня, что упустил Наташу, или Лариску, которая ее довела. Это было настоящим испытанием для его стойкости. Смотреть в её змеиные злые глаза, слушать грязные обвинения и... ничего не предпринимать.

— Все сказала?

-А что, тебе мало?

— Да нет. Пожалуй, ты озвучила даже больше, чем следовало. Ну, и как? Ты теперь довольна? Теперь... когда вообще не знаешь, где твоя внучка. Ты... этого... добивалась? - Глеб наступал. Лариса сглотнула.

-Нет.

— Чем ты думала, когда вываливала это всё на Наташу? Чем ты, мать твою, думала? Я же тебя... если с ними хоть что-то случится... я же тебя... вот этими руками, Лара... - Глеб поднял перед лицом огромные ладони и встряхнул.

-Ты мне угрожаешь? - взвизгнула та.

— Да... Да! Ты разве этого не поняла? Я за свое, Лара, кому хочешь, хребет переломаю. И никто меня не остановит. И ничто... Тем более мерзкая ревнивая баба, которой на деле плевать на мораль. Ведь не в Наташе дело, правда? И даже не в Ниночке. Все проще. Всё, сука, намного проще. Ты ж за то, чтоб на Наташином месте оказаться, душу дьяволу бы продала. Да?

Она молчала. Только смотрела на него в страхе и вжималась в стену спиной. А он наступал. Хищный, дикий, неконтролируемый.

— Молись, чтобы я её нашел. Молись, слышишь?

Он в конечном итоге не сдержался. Ударил кулаком в стену. Прямо возле ее лица. Встряхнул ладонью. Боль в руке отрезвила, давая понять, что он все еще жив. И ушел.

А две недели спустя его выдержка подверглась новому испытанию. Раздался звонок в дверь. Глеб находился дома один. Пил водку - и не пьянел. Его поиски хоть и давали результат, но все двигалось с черепашьей скоростью. Они проверяли каждый вокзал, каждый аэропорт, и это был небыстрый процесс, даже учитывая доступ Громова ко всем возможным ресурсам поиска.

-Амир? - моргнул он.

— Пригласишь войти? У нас... - Каримов покосился на понурую дочь, - для тебя есть кое-какая информация.

Глеб отступил, распахивая дверь. Может быть, если бы в нем остались хоть какие-то чувства, он бы удивился такому визиту. В конце концов, Каримовы явились к нему в полном составе. Громов мазнул взглядом по Амиру-младшему, сидящему на руке матери и с интересом осматривающемуся по сторонам.

— Что-то случилось?

— Карина хочет тебе в чем-то признаться, - обращенный к дочери голос Амира упал на несколько градусов. Плечи девочки поникли. Голова опустилась. София перехватила ладонь мужа, с беспокойством поглядывая то на него самого, то на падчерицу. Было видно, что она переживает, но не оспаривает решения мужа. Да что, черт возьми, происходит?