Книга Грешник, страница 24 – Юлия Резник

— Наташ... Скажи, у тебя нет предположений о том, кто мог хотеть зла Кириллу?

Она замерла, сжав пальцы на приборах, и, не поднимая глаз, медленно покачала головой.

— А кто может знать? Не в курсе? Возможно, друзья или...

— Я не знаю! - чуть повысила голос девушка. - Не знаю...

— Хорошо-хорошо. Извини.

— Вам не за что извиняться. Он просто... никогда не считал нужным мне что-либо объяснять.

Если не вникать в смысл слов, Громов мог бы слушать свою женщину бесконечно. Просто закрыть глаза и, щурясь, как кот, впитывать в себя ее тягучие интонации. Но ему следовало сосредоточиться.

— Ты была несчастлива с ним? - спросил, резко меняя тему, и тут же об этом пожалел. Она вскочила, едва ли не опрокидывая тарелки. Так и продолжая сжимать в руках проклятый нож для рыбы. Попятилась.

— Нет. Что вы такое говорите? Я его люблю. И он меня любит. Я... я уже, наверное, пойду. Извините.

Приехали. Поговорили. Какой же ты придурок, Громов! Но ведь она сама сказала... Да заткнись ты уже!

Глеб отбросил вилку и с силой провел руками по лицу. Резко встал, взялся за уборку, чтобы хоть чем-то занять голову. «Я его люблю...» Вот как.

Не то, чтобы это что-то меняло.

Громов методично убрал в холодильник еду, сложил в посудомойку посуду. Две тарелки, две вилки, два ножа, а раньше всегда - один. Вернулся в кабинет, пошевелил мышкой. Наташа стояла у окна, обхватив ладонями плечи. А у него в голове снова и снова звучал её грудной голос. «Я его люблю...» И что делать с этим? Справляться как? Как этого дурочка из беды вытаскивать? Она ведь его любит...

Будто бы в ответ на его мысли, у Громова зазвонил телефон.

— Да, Мат. Что у вас?

— Нарисовался тут один... Утверждает, что друг Пахомова. Хотел в квартиру залезть. Ну, наши его и взяли.

— Что говорит?

— Молчит пока. Крутой, типа.

Глеб хмыкнул. Растер широкой ладонью шею. Знает он этих крутых. Его ребятам таких разговорить - раз плюнуть. Проблема в том, что он сам хотел присутствовать при разговоре. А уехать, оставив Наташу одну, в доме, где ей некомфортно - не мог.

— Привезите его ко мне на Виноградную через пару часиков. Поговорим.

Пара часов прошла быстро. Глеб пытался заставить себя отвлечься, но так и просидел - подглядывая за Наташей, как какой-нибудь свихнувшийся извращенец. Он хотел бы верить, что непременно бы все выключил, если бы она, к примеру, стала переодеваться. Но все же Громов бы не стал гарантировать, что смог бы. К счастью, ему не выпало возможности убедиться в собственном сумасшествии. Девушка ничего такого не делала. Она долго стояла у окна. Потом ходила по комнате. Туда-сюда, словно места себе не находила. А еще через некоторое время легла и, укрывшись с головой одеялом, провалилась в спасительный сон. Только убедившись, что она крепко спит - Глеб впустил в квартиру гостей.

На голову парню - был накинут мешок. Прямо как в голливудских блокбастерах. Глеб хмыкнул и, стащив тряпку, поймал пристальный взгляд пацана:

— Сейчас твой рот освободят от скотча, но ты будешь молчать. Понятно?

Парень злобно кивнул.

— Вот и отлично, - похвалил Глеб и резким движением снял липкую ленту. Молодой человек зашипел и выругался под нос.

— Какого черта вам надо?

Глеб усмехнулся, едва удерживая себя от желания бросить бедолаге затасканное сценаристами «вопросы здесь задаю я». Что и без слов как бы было понятно.