Книга Мой папа - плейбой, страница 69 – Юлия Резник

Ничего не было. Он сам все разрушил.

Богдан свернул с дороги, въехал во дворы и кое-как припарковался. Его накрывало. Все одно к одному. Вина, черная ревность, страх, что поздно опомнился. Он ударил лбом по рулю и с силой сжал пальцы на кожаной оплетке. Внутренности скручивало, душу рвало на части. Связерский нашарил телефон.

Рита долго не брала трубку, но, наконец, на том конце провода послышалось тихое:

— Да?

— Привет…

— Давно не виделись, — вздохнула она. — Зачем ты звонишь?

— Я хотел извиниться за вечер.

— Да ладно. Проехали.

— Нет. Не проехали! Ты права. Я не имею права что-то тебе предъявлять. Я вообще ни на что не имею права. Просто…

— Да?

— Как ты со всем этим справлялась? — прохрипел Богдан, повторяя уже однажды заданный вопрос.

— У меня не было выбора. Помощь мне никто не предлагал.

— Я предлагаю. Теперь… если еще не поздно. Дай мне шанс. Пожалуйста, Рита. Просто дай мне шанс все вернуть. Не ходи больше с ним… — выдавил из себя униженную просьбу.

— Богдан…

— Не ходи! — зарычал он. — Дай нам шанс. Мне… Ты права, я веду себя как ребенок. Но я просто не знаю! Не знаю, мать его, как иначе себя вести.

— Мальчику впервые в чем-то отказали?

— Я не мальчик, Рита.

— Но и не мужчина.

— А ты позволь мне им стать. Я готов. Позволь, Рита…

— Я не могу… — ее голос шелестел. Печальный, печальный голос…

— Пожалуйста… Я стану тем, кто тебе нужен. Стану твоей мечтой, я сделаю все правильно. В этот раз сделаю, вот увидишь! Я…

— Богдан! — оборвала его на полуслове Рита. — Ты так ничего и не понял, да? Ну, надо же… а ведь, и правда.

— Не понял чего?

— Тебе никогда не надо было становиться моей мечтой. Ты ею и был… всегда.

Рита отключилась, а он еще долго сидел в тишине, так и не убрав трубку от уха и слушал короткие, бьющие по нервам гудки. Она тоже была его мечтой. Разница лишь в том, что Марго всегда знала, чего хочет от этой жизни. А он сам понял это слишком поздно. Устало растерев глаза, Богдан снова завел мотор и поехал к себе.

Следующие дни Рита избегала его общества. Зато Богдан регулярно встречался с сыном. В понедельник они катались на роликах по набережной и ходили в кино, во вторник навестили приют для животных, в котором Марик трудился как волонтер. А в среду ребенок позвал отца на дачу.

— Я там обычно все лето торчу. Деду помогаю по хозяйству, ну и воздухом чистым дышу. Это мама так говорит.

— А на море летом не ездите?

— Не-а. У мамы лето — сезон. А так мы обычно зимой куда-нибудь выбираемся.

— Ну, и где ты уже успел побывать?

— Да так… В основном в Азии. В том году были в Мексике.

— Правда? Я тоже выбирался на рождественских каникулах на несколько дней, — признался Связерский. — А ты мне не писал, что вы в отпуск едете.

— Ну… а что бы ты тогда? К нам подтянулся?

Богдан провел по щеке и отложил джойстик. Свой прошлый отпуск он провел, вытряхивая дурь из одной горяченькой мексиканки, которую подцепил на пляже. Но что-то ему подсказывало, что встреча с сыном явно бы доставила ему гораздо большее удовольствие.

— Что уж теперь гадать? — пожал плечами Богдан и резко сменил тему. — Так что, тебя отвезти? У меня еще есть немного времени. Можем порыбачить… Или что бы ты хотел?

— Ну, не знаю. Там и решим…

— Только сначала я спрошу у твоей матери, не против ли она моего визита.