Книга Если буду нужен, я здесь, страница 66 – Юлия Резник

— Лялька, только что ты была очень откровенна. Мне это здорово помогло тебя понять. Давай двигаться в том же ключе до конца, ага? Не то опять наломаем дров. Из меня хреновая Ванга, как видишь. Я и рад бы догадаться, что в твоей головке красивенькой происходит, но не могу. Обещаю на твою честность ответить тем же. Ну хочешь, я первый во всем сознаюсь?

— Хочу! – часто-часто кивает.

Эх! Нам бы в комнату переместиться для начала. Но опять же, мало ли что ей взбредет в голову, если это все растянуть? Трусь лицом о ее грудь, подогревая эмоции. Вздыхаю:

— Спрашивай.

— Перед свадьбой ты говорил, что мы можем жить каждый своей жизнью…

— Да. Было дело.

— Ты… – Лала закусывает губу и глядит на меня из-под тяжело опущенных век. – Ты и сейчас так думаешь?

— Нет. Если честно, я и тогда так не думал, просто ты шарахалась от меня, как от чумного. Я решил, что тебе так будет проще.

— И поэтому сказал, что меня удочеряешь?

Смеюсь.

— Ага. Хреновый из меня вышел папочка.

Лала тоже улыбается кончиками губ. Впрочем, очень скоро ее лицо вновь приобретает озабоченное выражение. А взгляд темнеет, наливаясь… наливаясь каким-то непонятным мне негативом и сомнением.

— Еще ты сказал, что у тебя полно женщин, желающих тебя удовлетворить.

— Что? Я прямо так и сказал? Какая самоуверенность.

— Назар! – Лала всхлипывает тихонько, на остатках истерики. Бьет меня в грудь. – Ты же обещал ответить.

Верно. Качаю головой. Беру ее ручку и целую каждую костяшку на кулачке.

— Я это ляпнул для твоего душевного спокойствия. Сейчас все иначе.

— А как сейчас?

Вот это вопросики! Так, ладно. Сам же хотел все прояснить.

— Я уверен, и сегодня ночью, заметь, ты это подтвердила несколько раз, что наш брак может и должен стать настоящим. С детьми в перспективе, с собакой и домом у черта на рогах. Я к этому готов. Более того, я этого хочу.

— Со мной? – Лала недоверчиво округляет глаза.

— Да. Ты мне нравишься, Лала. И что немаловажно, ты меня ужасно заводишь. Я правда верю в то, что у нас может получиться. И сделаю для этого все.

Лала выглядит несколько ошарашенной. И встревоженной. И… заинтересованной? Я молю бога, чтобы наш охрененный секс стал для нее тем самым недостающим аргументом в пользу того, чтобы дать нам шанс.

— Для начала нам бы не мешало проводить больше времени вместе. Я серьезно, Назар. Может, тебе, с твоим опытом, мои переживания кажутся глупыми, но мне правда страшно неловко от того, что я…

— Да? – затаив дыхание.

— … так тебя хочу, совершенно при этом не зная. Это ужасно. Это заставляет меня чувствовать себя какой-то шлюхой, понимаешь? Только шлюхи могут любить одного, а хотеть другого, ведь, правда? Я хочу полюбить тебя!

Она меня убивает. Швыряет из одного угла ринга в другой, и даже сама того не понимает. Любить одного, любить, блядь! А хотеть другого. Желал услышать правду? На. Получай! И ладно… Она же потом сказала, что хочет полюбить меня, так? Я выиграл в этом разговоре или проиграл? Хрен поймешь ведь. Кажется, первое. Ух, как меня мотает. И в этом есть какой-то свой извращенный кайф, когда все вот так неожиданно и на разрыв, когда ты осознаешь, что есть вещи вне твоего контроля, и только один выход – ринуться с головой в эту бездну.

— И что же мне для этого сделать? – касаюсь большим пальцем ярких зацелованных губ жены. Глаза затуманиваются легкой поволокой. Ресницы трогательно дрожат.