Книга Притворщик, страница 16 – Юлия Резник

Ну да, конечно! Пока я демонстративно молчу, со скучающим видом прикладывая к груди вешалки с кофточками в попытке определиться с верхом, Карина тасует карты. Совершенно случайно (по крайней мере, так кажется со стороны) одна из них выпадает из колоды и красиво пикирует на пол.

— Это знак! Точно вам говорю! – выпаливает Арутюнян. – Аркан Король Жезлов.

— И что же он означает? – с любопытством интересуется Светка, разглядывая рисунок.

— Для женщины эта карта означает встречу с влиятельным родственником.

— Да ты кэп, Карин! – искренне смеюсь я.

— Думаешь, я специально?! Но Аркан Король Жезлов именно так и трактуется! Я тут при чем? Как это можно подстроить? Могу добавить только, что от этого человека будут зависеть реализация твоих планов и финансовые поступления.

— А можно мне такого щедрого батю-ю-ю? – стонет до этого помалкивающая Лиза. – Мне финансовые поступления не помешают.

Девчонки покатываются со смеху, а я смотрю на них со стороны и завидую. Они же правда не понимают, каково мне сейчас. Сколько я себя помню, я стремилась к тому, чтобы обрести единоличный контроль над своей жизнью, а теперь… Теперь я вновь ощущаю неведение. И утешаю себя лишь тем, что в моих силах в любой момент уйти, если что-то пойдет не так.

Снимаю с головы тюрбан из полотенца, расчёсываюсь. Не могу не думать о том, что поторопилась. Возможно, мне удалось бы справиться с волнением, будь у меня чуть больше времени на принятие ситуации, но отец… Боже мой, отец! Сказал, что у него осталось не так-то много времени, и я так растерялась, что согласилась встретиться с ним тотчас. А теперь вот страдаю, абсолютно к тому не готовая.

Пока девки трещат и не лезут ко мне с советами, одеваюсь так, как считаю нужным. Джинсы, простая блузка. С моим тренчем очень неплохо смотрится. Расчесываю брови, осторожно прокрашиваю ресницы. Руки так дрожат, что привычные действия требуют каких-то совершенно запредельных усилий.

Кажется, я умру, если этот чужой мужик откажется от меня, как следует разглядев. Я так давно не чувствовала себя настолько уязвимой, что теперь хочется спрятаться в домике и все, к чертям, отменить.

Но он сказал, что у него мало времени, да… И я не могу. Вместо этого я вновь и вновь задаюсь вопросом, что это означает? Он болен? Он умирает? Я останусь одна, так и не узнав, как это – с кем-то?

Сделав мальвинку, накручиваю волосы на плойку. Мысли хаотично мечутся. Все же я растерялась. Не спросила ничего. А если у него семья? Жена, дети… А тут я, как снег на голову. Кому такое понравится?

Отец… Боже мой! У меня есть отец.

Смотрю на себя в зеркало. Щеки горят, губы от напряжения, наоборот, белые-белые, отчего шрам становится только заметнее. Ну и черт с ним. Мне кажется, в глубине души я даже рада буду, если оттолкну этого человека своим уродством. Потому что иное потребует от меня душевных усилий, на которые я не факт что способна. В общем, я порадуюсь, да. Если не умру. Даже странно, что мой алармизм имеет настолько взаимоисключающую природу.

Собираюсь с силами и выхожу из душевой. Одной рукой вызываю такси, другой – нащупываю плащ. В мае в наших краях погода сильно так себе. Вот и сегодня идет дождь. Мелкий, затяжной, делающий воздух густым и белым, как молочный кисель.

— Девочки, я ушла!