Книга Сердце бьется, страница 40 – Юлия Резник

Исполнив перед зеркалом некоторое подобие тверка, Алиса обмоталась огромным банным полотенцем, соорудила на голове тюрбан и, пританцовывая, вышла из ванной.

— Привет.

Алиса осеклась. Шкодливо наморщила нос и улыбнулась стоящему в конце широкого коридора Руслану. Она никогда не видела его таким… хм… разодетым? В легком светлом костюме, обтянувшем широкие плечи, с идеальной стрижкой волосок к волоску… Он, что же, в парикмахерскую ходил?

— Не поцелуешь даже? – вздернул бровь.

— Поцелую! – улыбнулась она. Ускорила шаг, стремясь скорее попасть в его объятья, но, уже почти достигнув цели, резко остановилась и попятилась назад.

— Кто вы? – Мужчина вздернул бровь. – Руслан вышел за… за…

— Булочками. Я вышел за булочками. Привет…

Белый бросил на брата уничтожающий взгляд, сгрузил бумажный пакет с ароматно пахнущей сдобой на журнальный столик и прижал Алису к себе.

— Испугалась?

— Н-нет.

— Как ты поняла, что это не я? Нас все время путают.

— Не знаю. Просто это… не ты. И все. Что здесь понимать?

Она действительно не знала, как это объяснить. Сказать, что чувствует его сердцем? Вряд ли такие слова стоит говорить при посторонних.

Ну, и чему он улыбается? Почему смотрит… на этого второго так… непонятно? И кто он? Этот второй.

— Мой брат-близнец. Тимур, – будто услышав звучащие в её голове вопросы, объяснил Руслан.

— Очень приятно, – Алиса улыбнулась и сильнее стиснула на груди полотенце. Близнец? Так странно. Она думала, что мужчины, подобные Руслану – экземпляры редкие. Единичные. А тут – вот оно что. – Я пойду, оденусь.

— И кофе свари, хорошо? Мы решим кое-какие дела и сразу подтянемся.

— Да, конечно.

Руслан еще раз поцеловал Алису в макушку и коротко бросил брату:

— Пойдем.

Кабинет Руслана представлял собой довольно просторное светлое помещение с большим столом у окна, на котором стояли аж сразу несколько мониторов. На первый взгляд – ничего особенного, если не знать, что вместо шкафов по периметру комнаты встроены огромные сейфы, в которых хранилось оружие, которого вполне бы хватило, чтобы провести революцию в какой-нибудь маленькой Африканской стране.

Едва дверь кабинета захлопнулась, Руслан одним стремительным, незаметным взгляду движением развернулся и провел против брата блестящий прием, прижимая его к стене:

— Ты гребаный… узколобый… мудак!

— Да я же просто хотел ее проверить! Интересно ведь… – В какой-то момент Тимуру удалось вырваться из захвата, но провести контратаку не удалось. Потому что Руслан вновь отбросил его к стене.

— Интересно?! Тебе, блядь, интересно было? Да у нее порок сердца, придурок! Ты об этом подумал?! О том, что можешь ее напугать и…

— Эй… Эй, Рус, выдыхай. Ты чего?

Шокированный Тимур взглянул на брата и медленно опустил руки. Он не желал с ним драться. В конце концов, им не пять лет, да и виноват он. Чего уж. А вот Руслан не торопился отпускать близнеца, несмотря даже на выброшенный им белый флаг. Он все так же безжалостно давил предплечьем на горло Тима.

— Ты сейчас же пойдешь и перед ней извинишься.

— Окей. Только ты уверен, что эти извинения нужны ей, а не тебе?

Руслан сглотнул, глядя в такие знакомые глаза брата. Тряхнул головой и медленно, будто нехотя, убрал с его шеи руку. Возможно… только возможно, что он перегибал. Но ему так нужна была эта уверенность в том, что он поступает правильно! Выкладывается по максимуму, делает все, что можно, и все, что нельзя, чтобы только ее уберечь. Перестраховывается тысячу раз и осторожничает. И пусть кому-то такой подход мог показаться излишним, менять его он не собирался. Просто потому, что по-другому не мог. Просто потому, что уже не представлял своей жизни без этой девочки.