Книга Его маленькая большая женщина, страница 40 – Юлия Резник

— Сейчас, маленькая Сейчас.

Щелкает застежкой, но упругая, торчащая вверх грудь не дает бюстику упасть. Убирает его аккуратно, и все равно Поля шипит.

— Они стали чувствительнее? — шепчет, покусывая ушко и затылок.

— Да, — выдыхает и трется щекой о его грудь.

Она хочет быть ближе, каждой клеткой в него врасти, проникнуть в его ДНК. Начинает натуральным образом тереться о него, как кошка. А он одет практически полностью! Понимает Полю с полувзгляда. Медленно расстёгивает рубашку, не отрывая взгляда от ее глаз. Да, рисуется, как пацан, играет мышцами, но он с ума сходит, когда она ТАК на него реагирует. Звякает пряжка брюк, в царившем чувственном напряжении это созвучно с выстрелом. Откидывает прочь брюки, следом летят трусы. Возвращается к ней, всем телом вжимается. И так это правильно, настолько уместно! Совпадают друг с другом идеально, каждой выемкой, каждой впадинкой. Разворачивает Полю к себе, подхватывает под попку, она скрещивает ноги у него за спиной, сердцевиной прижимаясь к толстому стволу. Ерзает на нем, постанывая. А он аккуратно насаживает ее на себя. Тугая. Невероятно узкая. Отвыкла от его размера за месяц. Зубы скрипят в попытке сдержаться. Не помогает! Рычит хрипло, проникая в нее до конца. Она вторит хриплыми протяжными стонами. Аккуратно, не покидая уютного плена, опускает на кровать. Вглядывается в Полины затуманенные глаза, она ерзает на нем нетерпеливо.

— Скажи, — возобновляет плавные движения.

— Булат!

— Скажи! — приказывает.

Растерянно смотрит на любимого, не понимая, почему он не дает ей кончить.

— Скажи, маленькая, — проводит пальцами по сверхчувствительным соскам.

— Люблю, — всхлипывает.

— Не слышу, — опять дразнит недостаточно сильными движениями.

— Люблю тебя, хороший мой, люблю Безумно, — проводит языком по пересохшим губам, и он накидывается на ее пухлый рот, терзая, любя, боготворя. Толкается сильно, но осторожность всё равно присутствует — не навредить! Сжимает аккуратно соски, и она уже на одной ноте:

— Да да… да Вот так. Пожалуйста, милый, сильнее!

— Нельзя же.

Заглушает его слова поцелуем, отстраняется на мгновение и хрипло шепчет:

— Булат, я всего лишь беременна, и абсолютно точно не больна. А вот ты рискуешь своим здоровьем, если не трахнешь меня, наконец, как следует!

Смотрит в сомнении на нее еще мгновение, а потом с него слетает вся напускная цивилизованность, и он срывается! В безумном темпе вколачивается в нее, помогает себе пальцами, потирая набухший клитор. Зубы покусывают грудь, основание шеи, возвращаются к соскам, и она выгибается на нем, кончая. Конвульсивно сжимает его в себе. Булат догоняет ее тут же, заливая кипящей спермой. Сил нет ни на что, но он всё же скатывается с Полины, и даже умудряется освободить ее голову от шпилек, поддерживающих прическу и фату. Она блаженно стонет. И уже засыпая, слышит:

— Люблю

И затихают оба до утра, переплетаясь телами.

Иногда он просто не верит в свое счастье. Никогда ранее не испытывавший любовь к женщине, Булат погружается в нее с головой. В любовь В Полину, которую стоило так долго ждать. Он в жизни никогда столько не говорил. А Поля обладала потрясающим даром слушателя. Булат рассказал ей даже о тех моментах своей жизни, которые казались давно забытыми. Она вообще была идеальной. С какой стороны ни посмотри. И вот сегодня ему предстояло познакомиться с чем-то неизведанным и непонятным, с тем, о чем он вообще предпочитал думать поменьше. Сугубо в контексте влияния этого нечто на его жену и их взаимоотношения. Их первое УЗИ. Нет, он, конечно, мог отказаться от совместного похода, но Полинка и так стала догадываться о его прохладном отношении к ребенку. Не стоит давать лишний повод для подтверждения ее догадок.