Книга Врач. Измена. Точка! Это конец!, страница 38 – Анастасия Леманн

— Я...

— Нет, мама, жаловаться даже не думай! Тут ещё и в Славе дело! Мы подружились, а Алена в него влюблена!

— Я понимаю!

— Во всех возрастах свои разборки! Иди, сходи, развейся! Всё будет хорошо!

Алена пристально посмотрела мне в глаза и внезапно, протянув руку, сжала её.

— Мама, сходи! От папы ты не видела ни комплиментов, ничего! Это ни к чему не обязывает!

Я, встав, подошла к дочери и обняла её. Сердце бешено колотилось, как же она выросла, как... Как я была счастлива быть её мамой, самой лучшей дочки на свете, дочки, которая меня понимает...

Я не знала, правильно я делаю или нет, но Алена, опрыскав меня моими любимыми духами, буквально вручила мне шубу в руки. Точно, надо пальто отнести в химчистку, мелькнуло у меня в голове.

Софа, заверив меня, что будет дома и я могу смотреть всё по смарт-часам, поцеловала меня, и я направилась к лифту.

Сосед-алкоголик курил на лестнице, ругаясь со своей сожительницей, такой же пьяницей.

Подождав, пока Софа закроется, я вызвала лифт. Старые дома пугали, как ни крути, а новостройка, камеры, лифт — всё равно были ближе.

Уже на улице я выдохнула. Надо запретить дочери без меня заходить в подъезд или звонить мне, не нравился мне совсем ни этот дом, ни эта парадная.

Да вообще мне здесь ничего не нравилось, недалеко располагался детский дом, и я даже ездила в объезд, чтобы никогда не проезжать мимо этого мрачного места, никогда.

— Олеся!

Я вздрогнула. Из шикарной иномарки вышел Демид. Высокий, хорошо одетый, он в руках держал огромный букет красных роз. Я во все глаза смотрела на него. Такие розы, и то меньше, мне подарил Стас на юбилей — тридцать лет. Обычно его букеты были гораздо меньше, а здесь, как из молодёжных фильмов, букет один в один.

— Спасибо!

Я, взяв букет, едва удержала его.

— Красивой женщине — достойные цветы!

Московский открыто улыбнулся. Он не был похож на папу взрослой дочери. Совсем молодой, но его возраст был в районе сорока, просто правильное питание, спортзал и хороший образ жизни делали его молодым, и то, что он был в форме.

В машине Демида пахло мятой, его дорогим качественным парфюмом и дорогими сигаретами.

Всю дорогу мы непринуждённо болтали, и когда подъехали к «Мансарде», Демид галантно открыл мне дверь машины.

Мы не бедствовали, жили весьма неплохо, но такие дорогие рестораны я себе позволить не могла.

Я этого не скрывала. «Мансарда» не всем по карману, особенно перед Новым Годом, когда с нынешними ценами люди экономили каждую копейку.

Несмотря на это, народу было море. К нам со всех ног спешили и администратор, и гардеробщица, которая не стала дожидаться, пока мы сами сдадим верхнюю одежду.

Московского здесь знали и очень хорошо. Если он не был завсегдатаем данного заведения, то очень хорошим посетителем точно был. Администратор чуть ли не кланялся, провожая нас до самого столика, а я пыталась сдержать восхищение, рассматривая убранство ресторана, так напоминавшее волшебную сказку.

Здесь всё было как в сказке. Огромная ёлка, гирлянды, тысячи ёлочных украшений на ней, панорамный вид и всё сверкающее и блестящее.

Вздохнув, я устроилась на мягком уютном диванчике у большого панорамного окна и отметила, что весь Питер виден как на ладони.

Северную столицу замело, и от этого она казалась ещё красивее и таинственней.