Онлайн книга «Измена, раскрытая попугаем. Моя месть остра»
|
С восхищением смотрела на подругу. Она торговалась, как заправский рыночный боец. Через пять минут они сошлись на цене, которая была в два с половиной раза ниже первоначальной. Я расплатилась дрожащими руками и продавец, завернув вазочку в старую газету, протянул её мне. Глава 10 Глава 10 Глава 10 Ульяна. Я успела поставить вазочку за три секунды до того, как в замке повернулся ключ. В этот момент сидела на диване с пультом в руке, делая вид, что уже минут двадцать увлечённо смотрю какую-то кулинарную передачу. Сердце колотилось, как после марафона. Отмытая вазочка стояла на журнальном столике, как ни в чём не бывало. Я бросила на неё быстрый взгляд и мысленно похвалила себя. Выглядела она так, будто всегда там стояла. Даже фрукты лежали с той же небрежной элегантностью. Евгений вошёл, скинул пальто, бросил портфель у двери и направился в гостиную. Его шаги отдавались в тишине. Я старательно смотрела в экран, но краем глаза следила за каждым его движением. Он обвёл комнату взглядом. Привычка – всегда осматривать пространство, будто сканируя на наличие угроз. Я задержала дыхание. Его тёмные глаза скользнули по стенам, окну, столику... и остановились на вазочке. Всё. Сейчас спросит. Сейчас скажет, что она другая. Но мужчина лишь тяжело вздохнул и пробормотал: — Интересно, когда эту посудину уже выкинут? Всё время говорю же... Я замерла. Внутри у меня сначала всё оборвалось, а потом взорвалось фейерверком негодования. Что?! Посудину?! Я полдня бегала по городу, как угорелая, обошла десять магазинов, тащила Леру на блошиный рынок, торговалась с противным дедом, который чуть не содрал с меня три шкуры, потратила кучу денег, а потом ещё час оттирала эту чёртову «патину времени» зубной щёткой! Я тряслась от страха, что он заметит пропажу, не спала полночи, придумывала оправдания! А он, оказывается, всё это время хотел её ВЫКИНУТЬ?! Да я чуть не поседела! Чуть не призналась во всём! Чуть не разрушила нашу хрупкую идиллию из-за вазочки, которую он называет «посудиной»?! Смотрела на него, стараясь сохранить невозмутимое лицо, но внутри кипела так, что, казалось, пар из ушей вот-вот пойдёт. Мысленно я уже награждала его всеми нелестными эпитетами, которые знала, и даже придумывала парочку новых. А он, между прочим, стоял в двух шагах и выглядел так, будто сказал что-то совершенно обыденное. Как «добрый вечер» или «как дела». «Интересно, когда эту посудину уже выкинут», – передразнила его мысленно. – «Да хоть сейчас, дорогой! Если бы ты знал, чего мне стоило её найти, ты бы целовал мне руки и ставил памятник при жизни! А не называл её посудиной!» Но вслух я, конечно, ничего не сказала. Вместо этого мило улыбнулась и произнесла: — Разве она тебе не нравится? По-моему, симпатичная. Евгений пожал плечами: — Да какая-то безвкусица. Стоит тут, пылится. Я давно хотел её убрать, да всё руки не доходили. Наверное, Марта Степановна опять поставила. Едва сдержала истерический смешок. Марта Степановна! Ну конечно! Свалим всё на домработницу! А то, что эта «безвкусица» стоит здесь с момента моего переезда и явно была частью интерьера – так это мелочи, правда? Гоша, сидевший в клетке, подал голос: — Купи сум-мку! Евгений перевёл на него взгляд и усмехнулся. — Хоть кто-то в этом доме знает, чего хочет. |