Книга Дарю счастье на 100 миллионов, страница 8 – Милана Усманова

Я слушала, кивала, чувствовала себя глупой провинциалкой. Он был из другого мира, мира, где люди летают в Перу за едой и называют это «рабочая поездка».

— А вы? – спросил он. – Расскажите о себе.

Я рассказала. Коротко, без драмы: Тамбов, колледж, сковорода бабушки, хи-хи, год в Питере, ларёк. Он слушал так внимательно, будто я описывала кругосветное путешествие.

— Невероятно, – восхитился он, когда я закончила. – Вы сами, без связей, без денег, без поддержки построили успешный бизнес! Это достойно уважения.

Я вдруг почувствовала, как заалели щёки, ох, к подобным комплиментам я оказалась совсем не привычна. Впрочем, вообще ни к чему подобному меня жизнь не готовила.

— Это просто ларёк и просто шаурма…

— Это не «просто ларёк и шаурма», – собеседник подался вперёд, накрыл мою руку своей тёплой ладонью. Уверенное прикосновение, я аж вздрогнула, а по коже побежали колкие предательские мурашки. – Это начало чего-то большого. Вам просто нужен кто-то, кто поможет масштабировать.

Я неловко убрала свою руку. Слишком быстро, слишком резко. Он не обиделся, лишь понимающе усмехнулся:

— Простите. Я спешу и давлю на вас, не бойтесь меня, пожалуйста!

Когда принесли счёт, он без лишних разговор сам его закрыл, хотя я порывалась внести за себя сама. Затем вызвал мне такси и, проводив до двери машины, мягко сказал:

— Я очень рад, что мы познакомились, Люба, – Кирилл впервые назвал меня по имени…

Красные флаги. Их было много, но я не видела, или не желала замечать. Уваров никогда не говорил конкретно, чем занимается. «Инвестиции», «консалтинг», «проекты» – слова-пустышки, за которыми не стояло ничего. У него всегда были «встречи» и «переговоры», но при этом он часами мог стоять у моего ларька.

Он много обещал: познакомить с нужными людьми, показать «как это работает», помочь с документами, но ничего не происходило. Затем он первый раз забыл кошелёк. После второй, за ним и третий – в кафе. В магазине, куда мы заходили за продуктами. Я платила, он рассыпался в благодарностях и обещал вернуть. Нужно отдать ему должное – возвращал, но всегда позже, всегда частями, всегда с историей.

Но я не замечала, потому что он говорил правильные слова.

«Ты талантливая». «Ты заслуживаешь большего». «Я верю в тебя».

Слова, которые я так хотела услышать. Их мне когда-то говорила бабушка Рая. Слова, за которые я была готова простить забытые кошельки, размытые или пустые обещания. Я была одинока. Измотана и изголодалась по простому человеческому теплу.

И Кирилл мне это тепло давал. Или создавал видимость, что даёт, что, в сущности, одно и то же, когда тебе двадцать три и ты впервые в жизни влюбилась.

Через три месяца он переехал ко мне. Как-то само собой получилось. Сначала оставался ночевать – раз, другой. Потом появилась его зубная щётка в ванной. Затем вещи в шкафу. И в итоге он заявил:

— Люба, глупо платить за две квартиры, если мы всё равно вместе.

И я согласилась, потому что это казалось и правда весьма логичным шагом. Потому что так делают люди, которые встречаются. Уваров не работал, в смысле не ходил на работу. Были какие-то звонки, какие-то «встречи», но денег он не приносил. Жили на мой доход с ларька. А он всё обещал, что скоро «закроет сделку» и многое в нашей жизни изменится.