Книга Незнакомка из кофейни, страница 72 – Николай Куценко

— Что он вам сказал? – нервно спросила Лена. – Ругался? Да? Я слышала…

— Да мудак он, – прошипел Максим, оглянувшись на Лену. – Просто редкая мразь!

— Это вы про кого? – Лена приподнялась на каблуках, вытянулась в ниточку. Ее носик будто удлинился от только что услышанного.

— Про него! – поставил точку Максим и кивнул в сторону кабинета руководителя. – Про кого же еще…

Лена стояла, пошатываясь и не зная, как реагировать. За годы работы так босса не называл никто. Особенно прилюдно.

— Мне надо что-то ему передать? – вдруг спросила она.

— А ты и так ему все передаешь! Ты же стукачка! Мои указания тебе не нужны!

Лена от неожиданности вся ссутулилась, скривилась и виновато улыбнулась. Ее лицо стало жалким и совсем уж некрасивым.

— Так что давай, беги к нему и расскажи все, что слышала.

Лена стояла молча и смотрела в пол. На ее шее появилась едва заметная пульсирующая венка. Казалось, что она находится в некоем ступоре и не знает, как дальше себя вести. Словно кто-то нарушил ее обычную программу поведения, внес в нее некую ошибку, не объяснив при этом, как действовать дальше.

Максим вышел из приемной и сразу направился в кабинет Евгения. По дороге он пытался написать жене эсэмэску, что сегодня задержится. Но пальцы его не слушались, дрожали и соскальзывали с экрана телефона. Слова выходили с ошибками и грубыми опечатками. Отправлять такое было опасно – жена могла подумать, что он уже пьян. А ведь он еще и не начинал пить. Просто его трясло от напряжения и обиды. За день его назвали мудаком дважды. Да и кто назвал? Можно сказать, самые близкие люди. Жена – человек, на котором держалась семья, и начальник, от которого зависел достаток этой семьи.

Он шел и думал: и что теперь? Не мог же он дать себя вот так запросто унизить, растоптать, превратить в ничтожество. Ведь он так долго шел к этой позиции, пробивался с самых низов. И заслуживал уважения. Он точно знал об этом. Ни жена, ни босс не имеют права так его оскорблять. Они и близко не хлебнули того, что пришлось пережить ему, а теперь еще смеют… Не заслужил он этого.

Максим открыл дверь кабинета Евгения. Тот сидел лицом к окну и, закрыв глаза, слушал музыку.

— Женя! – с порога крикнул Максим.

Евгений заерзал на стуле, схватившись тонкими длинными пальцами за ручки массивного кожаного кресла.

— Да, слушаю! – протокольно проговорил он, с ходу испугавшись и разворачиваясь к вошедшему.

— Да не ссы ты! Это я, Макс.

— Фух… Теперь ты меня напугал! – вытер со лба пот Евгений. – Чего тебе?

— Так пятница-развратница, говоришь?!

Евгений привстал со стула, слегка прогнулся. Поправил галстук, при этом расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

— Неужели надумал? – он широко улыбнулся.

— Виски есть? – не ответив, спросил Макс.

— Для тебя всегда есть, шеф. Ты же знаешь… У меня для таких случаев припрятано.

Евгений вскочил, подбежал к деревянному офисному шкафу, стоящему у стены, приоткрыл дверцу и запустил руку внутрь.

— Я сейчас… секундочку! Опа, а вот и она. Последний подарок поставщика!

В руках у Евгения появилась бутылка «Макаллана» двадцатипятилетней выдержки. Он мигом открутил пробку и разлил виски в чайные кружки.

— Так надежнее, а то вдруг кто зайдет… – пояснил Евгений и поставил бутылку под стол.

— Мне все равно. Хоть из горла. Не привыкать!