Книга Незнакомка из кофейни, страница 139 – Николай Куценко

До вечера Макс лежал, не вставая. И все время думал о своей прожитой жизни. Вспоминал, как окончил с медалью школу, поступил в университет, встретил там Марину. А потом уехал в Лондон, учиться на одной из самых престижных программ по финансовому анализу. Воспоминания успокаивали его, и он чувствовал, как иногда дергаются кончики его губ. Видимо, так он сейчас улыбался.

Перед его внутренним взором пронеслась собственная стремительная карьера. Начав рядовым сотрудником крупного банка, смог дорасти до вице-президента. А ведь ему еще не было и сорока, когда его назначили. Маринка в тот день была вне себя от счастья. Сам Макс и близко так не радовался, как она. Но она-то хотела именно этого, мечтала, чтобы ее муж стал статусным влиятельным человеком. Для нее это было важно. А для него? Он ведь даже никогда об этом не думал. Просто плыл по течению и делал свою работу. И, видимо, хорошо делал. Ведь он смог дорасти до этой позиции без блата, без влиятельных знакомых, а только за счет собственного труда и усердия. Поэтому он и не так сильно за нее держался. Был уверен, что в любой сфере бизнеса сможет подняться, если понадобится. Так он думал до самой встречи с этим дурацким злосчастным стариком. Откуда он только взялся? Кто его подослал? И как так получилось, что он, успешный топ-менеджер, потерял все? Даже телефона не осталось, чтобы позвонить Женьку или Яне. Кстати, а где сейчас Яна? И где он сам?

Максим повернулся в сторону окна и стал разглядывать маленького воробья, разгуливающего по подоконнику. Тот мелко прыгал и что-то клевал, юрко и быстро, а его маленький клюв частил вверх-вниз, словно иголка швейной машины.

«Вот, стать бы мне сейчас таким воробьем и улететь куда-нибудь. Найти новую птичку и завести с ней семью. Ведь воробьям не нужно имущество, им не нужны деньги, не нужна карьера. Им вообще ничего не нужно. Живи себе и собирай зерна» – так думал Максим, пока не услышал голос со стороны кровати, стоявшей слева от него.

— Мужик, ты откуда? – спросил дряхлый старик с густой и немытой бородой. Длинные мохнатые брови делали его немного похожим на майского жука.

— С Павелецкой… – автоматически, почти не думая, ответил Максим.

— Близко… – протянул старик и повернулся на другой бок.

— От чего близко? – оживился Макс.

— Как от чего? От больницы, от чего еще!

— А где мы? – заинтересовался Макс.

— На Каширке… – старик взял с тумбочки газету, развернул ее и начал читать.

«А ведь до Янки-то недалеко… Несколько станций метро всего. Может, не вышло у нее с этим Колей? И разбежались они опять? – думал он и смотрел на заголовки в газете деда, не вникая в их смысл. – А может, рвануть к ней?! Ведь получилось же у них тогда. И, может быть, еще получится».

Сначала мысль показалась ему неправильной, неразумной, но чем дольше он думал про Янку, тем сильнее ему хотелось к ней. Макс посмотрел на лежащего рядом старика. Тот, прикрывшись газетой, производил под ней некие таинственные действия.

— Ты что там прячешь, дед? – не выдержал Максим.

Дед испуганно оглянулся по сторонам, а затем газету приподнял. Под ней Макс увидел бутылку дешевого коньяка, уже наполовину пустую.

— Будешь? – выпалил дед, сразу же вновь прикрыв бутылку.

Макс на мгновение задумался, а потом махнул рукой, что дед сразу же расценил как согласие. В руках Макса появились чайная кружка с коньяком и корка бородинского хлеба.