Книга Его случайная проблема, страница 103 – Лана Нежная

— Но нельзя, маленькая моя. Правда. — Целую в макушку. Прижимаю к себе плотнее. Чувствую, как под рёбрами колотится её сердце. Быстро. Неровно. — И губка пусть заживёт. Смотреть на неё больно.

Напугал или завёл? — мелькает мысль. Уголки губ поднимаются сами. Скорее всего, и то, и другое.

Она потихоньку затихает. Обнимаю её обеими руками. Она прижимается в ответ.

Знала бы, как сильно я её люблю...

Если он хотел меня напугать, то у него не вышло. Я не буду шарахаться от него. Но осознание того, что он сдерживается, контролирует себя, чтобы не причинить мне боль… Это по-взрослому. Осознанно. И от этого у меня внутри всё трепещет.

Я больше не лезу. Не провоцирую. Просто смотрим фильм. Экран мерцает синевой, отбрасывая на стену длинные тени. Я чувствую, как напряжение медленно стекает с плеч, как дыхание выравнивается, а веки тяжелеют. Не от усталости. Нет. Просто мне с ним так тепло и безопасно, что тело само отключает тревогу, мышцы разжимаются, и я проваливаюсь в сон без предупреждения.

Прихожу в себя от движения. Сильные руки подхватывают меня под колени и спину. Я инстинктивно цепляюсь за его плечи.

— Ммм, Вадим, что…

— Спи, — его голос низкий, бархатный, вибрирует где-то в грудной клетке. — Я просто перенесу на кровать.

Матрас прогибается. Он укладывает меня, аккуратно поправляет одеяло и тут же притягивает к себе. Я устраиваюсь в привычное место под его боком, прижимаюсь, слушаю ровный стук сердца. Засыпаю почти мгновенно.

Утром просыпаюсь раньше него. За окном уже светлеет, серо-голубой рассвет просачивается сквозь стекло, ложится на его лицо. Я не шевелюсь. Просто смотрю. Вадим спит глубоко, губы чуть приоткрыты, ресницы отбрасывают тень на скулы. Я разглядываю каждую чёрточку, как под лупой: шрамик над губой, жёсткую щетину на подбородке, родинку у ключицы, вторую на предплечье. Считаю их про себя. Красивый. Мой. Муж.

Хочется провести пальцем по линии челюсти, но боюсь спугнуть этот хрупкий покой. Поэтому просто любуюсь.

Когда срабатывает его будильник, я уже почти пересчитала все отметины на открытых участках кожи.

— Доброе утро, — шепчу, легонько касаясь его щеки.

Он морщится, приоткрывает один глаз.

— Ммм… доброе. Вита, ты чего так рано?

— Выспалась.

— Покажи ногу.

Откидываю одеяло, протягиваю ногу. Он берёт стопу в ладони, большие пальцы осторожно надавливают на свод, проверяют отёк. Его прикосновения точные, почти медицинские, но в них столько заботы, что у меня горло сжимается.

— Лучше, — констатирует он. — Но отёк ещё держится. Ещё пару дней постельного режима. Без геройств.

— Можно я хотя бы что-нибудь приготовлю? Не сложное. Быстро.

— Полчаса. Не дольше.

— Ок. Еду не заказывай, я всё сделаю.

Он уходит на пробежку, я — в душ. Завтракаем расслабленно, болтаем о пустяках. Просто. Потом он собирается, целует меня, забирает ключи и уезжает на работу.

Я заказываю продукты. На обед сварила суп с готовыми фрикадельками. На ужин замариновала цыплёнка табака под прессом. Вечером быстро отварю гарнир и нарежу салат. В обед он приехал ровно на тридцать минут: поцеловал, съел тарелку супа, снова проверил ногу, уехал. Я ждала вечера. Не нервно. С каким-то тихим, тёплым предвкушением.

Курица уже подрумянивалась в духовке, пахло чесноком, паприкой и дымком, когда в замке щёлкнул ключ. Я вытерла руки о полотенце, пошла в прихожую и замерла на пороге.