Книга Развод. Лишняя жена дракона, страница 50 – Рина Мадьяр, Дина Нежина

— И чего ты хочешь взамен? — спросила я, не удержвашись, ведь точно понимала, что драконы просто так ничего не дают.

— Быть с тобой, — он взял меня за руку и чуть притянул вперёд, легко коснувшись моих губ едва заметным поцелуем. — Ты всё ещё моя жена и теперь я не желаю того развода. Но и принуждать тебя не хочу.

По щекам разлился румянец, а я отвела взгляд в сторону.

— А если я не захочу? — не в силах отстраниться, я лишь вновь отвела взгляд.

— Тогда я сам запрягу для тебя лучшего коня и дам охрану для Греймура.

— Утро вечера мудренее, — наконец произнесла я, чувствуя, как слова царапают горло. — Ответ дам завтра. А сейчас, здесь действительно только одна кровать.

— Увы, — он усмехнулся краем рта.

— И ты ранен.

— Тоже верно.

— Поэтому предлагаю перемирие до рассвета, — я заставила себя посмотреть ему прямо в глаза. — Я сплю на своей половине. Ты на своей. Без глупостей.

— Договорились, — кивнул он, не слишком долго думая.

Я улеглась на самый край, укрывшись плащом, а он с другой стороны, поверх одеяла. В комнате было холодно, но от его тела волнами шёл драконий жар, из-за которого, наверное, ему и не нужно было укрываться.

Тишина звенела. Я слышала каждый его вдох, каждое движение. Он тоже не спал, я знала. Напряжение между нами было такое плотное, что, казалось, его можно потрогать руками.

— Ты говорила, что я стал тебе не так мил, как твои развалины, — раздался его голос в темноте чуть хрипло. — Это правда? Греймур милее?

Я замерла. Что ему ответить? Правду? Или отшутиться?

— Дело не в камнях, Вэллиан, — ответила я, не поворачивая головы. — Дело в том, что там я хозяйка. А здесь я твоя пленница, даже если ты называешь это гостеприимством.

Он резко выдохнул. Скрипнула кровать и он, кажется, повернулся ко мне. Я кожей почувствовала его движение, но продолжала смотреть в потолок.

— Ты не пленница. Ты моя жена.

— Которая спит на краю кровати, укрывшись дорожным плащом, — не удержалась я.

— Ты сама этого захотела.

— А ты сам вышвырнул меня в развалины, — парировала я. — Мы квиты.

Он замолчал. Тишина стала невыносимой. А потом я услышала шорох ткани, и моё запястье обожгло его горячими пальцами.

— Алана, — его голос был низким, почти рычанием. — Я не умею просить. Не умею быть нежным. Но я здесь, рядом, и я говорю тебе: я хочу, чтобы ты осталась. Не как пленница. Не как гостья. Как хозяйка.

Сердце пропустило удар. Я наконец повернула голову и встретилась с его взглядом. В темноте его глаза горели золотым огнём, а сам он был близко, что дыхание касалось моей щеки.

— Ты ничего обо мне не знаешь, — прошептала я.

— Узнаю, — так же тихо ответил он. — Если позволишь.

Его большой палец медленно погладил тыльную сторону моей ладони, от чего по всему телу разлилось тепло.

— Это всё проклятье, — выдохнула я, цепляясь за последнюю соломинку. — То, что ты говорил вчера ночью... Это говорил не ты, а твоя слабость.

— Нет, — он качнул головой. — Проклятье делает меня жестоким и отталкивает людей. Оно заставило меня гонять тебя, как служанку. Но то, что я говорил ночью это говорил я. Настоящий. Тот, кого ты видела в бою. Тот, кто закрыл тебя от меча. Тот, кто не хочет, чтобы ты уезжала.

Я открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент мой плащ соскользнул с плеча, и я инстинктивно дёрнулась, чтобы поправить его. Вэллиан оказался быстрее. Он перехватил край плаща и натянул его мне до самого подбородка.