Книга Хэллоуин в книжном «Ленивые кости», страница 40 – Эммелин Дункан

— Хочешь неэкспертный совет? Оставайся искренней, — ответила я. — Читатели это любят.

Нас прервала владелица винодельни, подошедшая поздороваться. Когда она восхитилась, как ловко Мелани разоблачила преступника на вчерашней вечеринке, я поежилась. Снова нахлынули мысли о страшной находке в лабиринте. Настроение тут же испортилось, но я заставила себя улыбнуться.

К счастью, в энотеке как следует подготовились к мероприятию. Вся прибыль от дегустации шла в фонд книжного банка «Карапузы». Помещение быстро наполнилось людьми — приятно, что многие готовы поддержать благотворительность. Я продала несколько книг Мелани. Не так много, как на предыдущих мероприятиях, но достаточно, чтобы оправдать мое появление здесь. Меня особенно порадовали предзаказы на ее следующую книгу, выходящую через полгода, и я сразу, прямо с телефона, ввела их в нашу систему.

Разговор, обрывки которого я случайно уловила, заставил меня замереть.

— Родители Ланса переехали незадолго до того, как он окончил старшие классы? — произнес кто-то за моей спиной.

Я напрягла слух, старательно делая вид, что занимаюсь своими делами.

— Да, Ланс в семье младший, так что после его выпускного они стали теми счастливчиками, чьи дети разъехались. Продали дом за год. У них были настоящие хоромы в викторианском стиле на Брэнч-стрит, слишком большие для двоих. Теперь там отель «Дом с привидениями». Отец Ланса уволился с поста директора бумажной фабрики, и они переехали в Медфорд.

«Дом с привидениями»? Я видела, как Ланс выходил оттуда.

Если отец Ланса управлял бумажной фабрикой, которой владела крупная лесопромышленная компания, то семья была состоятельная. По крайней мере, по местным меркам. Их дом стоял в престижном районе — хотя не знаю, был ли он таким шикарным двадцать пять лет назад. Тогда Элиан-Холлоу представлял собой вовсе не хэллоуинский, а портовый и деревообрабатывающий городок на реке Колумбии, ничем не примечательный.

Если родители Ланса переехали почти сразу после его выпуска, у него не было причины сюда возвращаться. Он вполне мог навещать родителей и родню по праздникам в их новом доме.

— А что случилось с сестрами Ланса? Кажется, их было пять?

— Да, все девчонки, кроме Ланса. Насколько я помню, близняшки занялись фермерством, выращивают какие-то экологически чистые овощи…

— Органические?

— Да, вроде того. В общем, живут где-то на природе. Одна из сестер Ланса в армии, а вот где две остальные, я не знаю.

— Родители так гордились Лансом.

— Да, дома ему вечно дули в попу, — произнес мужской голос.

— Нельзя ли повежливее, вы в общественном месте, — попросили его.

— Они считали, что Ланс всегда прав, — продолжил мужчина уже более сдержанно. — Надо отдать им должное, он был шустрым парнем. Но я не удивлюсь, если все его сестры добились в жизни большего. Одна из них — сейчас не вспомню имя — была чертовски башковитая.

Ко мне подошел покупатель, и, когда я с ним закончила, беседовавшие переключились на обсуждение нового кафе, которое открывалось в центре:

— Приятно, что хоть кто-то из наших детей возвращается сюда и открывает бизнес. Помнится, мы боялись, что город зачахнет, а теперь он расцветает с каждым днем.

— А мне казалось, ты терпеть не можешь всю эту хэллоуинскую мишуру.

— Она дурацкая, но работает же.