Книга Хэллоуин в книжном «Ленивые кости», страница 34 – Эммелин Дункан

Жила я по-прежнему в своей детской, переделав ее в нечто среднее между гостиной и студией. Кровать я переставила в соседнюю комнату, у которой была отдельная ванная, — чтобы не пользоваться общей. Самая маленькая комната на втором этаже служила гостевой. Дедушка, сколько я его помню, занимал большую спальню, тоже с ванной комнатой и мансардой, где под наклонным потолком стояли дополнительная кровать и уютный диван, чтобы было где почитать зимой.

Хадсон был прав: даже несмотря на мое присутствие, дом стал слишком большим для дедушки. Однажды он предпочтет одноэтажный коттедж с двором поменьше. Или вообще квартиру.

Но нам было удобно. И самое главное, дед не собирался ничего менять. А если ему понадобится помощь — я всегда рядом.

Вот только если меня арестуют за убийство, которого я не совершала, для нас разом все изменится.

Когда я вышла из ванной, Джек уже дрых на своей лежанке. Стоило бы сразу отправиться в страну снов, но вместо этого я залезла в кровать с ноутбуком. Все тело ныло, но мысли по-прежнему водили хороводы. Поискав в Сети и в библиотечном архиве новостей, я нашла ранние статьи о карьере Рекса. Он был молод, когда вышла его первая книга, — всего двадцать четыре года, и один из журналов о литературе ужасов посвятил длинную статью ему лично и его дебютному роману.

«Первый черновик “Братьев из забытого замка” я написал между первым и вторым курсом в Беркли. Следующие полгода я возвращался к тексту во время учебы и заключил договор с агентом в последнем семестре, перед выпуском, — цитировал автор слова Эббота. — Я думал, что поиск агента займет годы, но все сложилось как по велению судьбы».

Я пролистала еще несколько материалов о Рексе, но нашла не особо много. Свою личную жизнь он держал при себе, хотя я и нашла заметку о его женитьбе на одной голливудской сценаристке. Я полистала ее соцсети, которые она активно вела. Там нашлась масса фоток, на которых она миловалась с мужчиной, который определенно не был Рексом.

Значит, развелись. Судя по всему, эта сценаристка доросла до штатного автора телесериалов — карьера надежная, но о ее бывшем это ничего не говорило.

Я отправила Рексу короткое письмо с напоминанием выбрать время для автограф-сессии, а потом вернулась к ноутбуку и набрала в поисковой строке «Ланс».

Появились уже знакомые мне картинки: портрет с сайта «Угробленных упырей», кадры из фильмов его голливудского периода. Конечно, я всего лишь торгую книгами в маленьком городке, но что-то мне подсказывало, что карьера Ланса была не очень впечатляющей. Хотя она выглядела довольно ровной. Что это, если не признак успеха? Судя по моему опыту, основанному на просмотре сериалов вроде «Барри», многие не достигают в профессии даже уровня Ланса. Но много ли останется на жизнь, если один-два раза в год сняться в сериале, причем далеко не в главной роли? Возможно, участие в программе про охотников за привидениями стало для него карьерным прорывом. Или ему пока не выпал заветный шанс. И уже никогда не выпадет.

Меня неотвязно преследовала мысль о моей детской фотографии, которую показал мне Ланс.

Я уже готова была задать вопрос маме, но мне никак не удавалось найти нужную формулировку. Не писать же как есть: «Ланс Грегори — мой отец?»