Книга Хэллоуин в книжном «Ленивые кости», страница 22 – Эммелин Дункан

Потом оказалось, что о той же книге мечтают еще пять человек.

Когда я разобралась со всеми заказами, мероприятие подошло к концу. Значит, пора бежать на следующее. Перекидывая через плечо ремень сумки, я заметила, как Клэрити наблюдает за мной с непривычным мрачно-печальным видом.

У меня мурашки по спине побежали.

Я развернулась и зашагала по направлению к Тыковке.

Тыковкой у нас прозвали площадь в самом сердце города, зажатую между улочками со всех сторон. Она была средоточием праздничных событий, и я подумала, что будет здорово провести здесь творческий мастер-класс Тарика Эсхана. Городские власти установили навесы, дававшие желанную тень, — солнце понемногу начинало припекать.

Тарик с женой уже ждали меня на площади.

Одна моя покупательница, арт-директор, как-то раз сказала, что у художников, с которыми она работает, в разных комбинациях сочетаются два из трех качеств: коммуникабельность, талант и пунктуальность. Однако проще встретиться с единорогом, чем найти того, кто обладает всеми этими достоинствами. Так что каждый проект для нее превращался в своего рода пазл.

Кажется, Тарик и был тем самым единорогом. Мало того что явился заранее, так еще и подготовил все необходимое. И самодельные картонные украшения в виде призраков, школьных автобусов и тыкв. И заготовки, на которых надо рисовать фломастерами. И даже стопку раскрасок с иллюстрациями из его книжек — по виду для малышей, но некоторые явно понравятся и взрослым. Не удивлюсь, если кто-то из родителей возьмет пару штук и сядет раскрашивать вместе с детьми или прихватит домой.

Кстати, раскраски для взрослых очень хорошо продаются.

Дэнби помогла мне разложить книги Тарика на отдельном столике и поставила поверх табличку с указанием цены. Приложение для оплаты отлично себя зарекомендовало на встрече с Мелани, так что я была во всеоружии.

Никаких блесток Тарик не принес. Колби одобрила бы.

— Какая красота, — сказала я ему.

— Раньше я работал учителем рисования в начальной школе, — ответил он. — Научился кое-чему в плане художественных проектов для детей младше десяти.

— Ты скучаешь по преподаванию?

— Иногда — да. Сейчас я работаю с подающими надежды взрослыми иллюстраторами. Хлопот с ними меньше, но порой мне не хватает хаоса, который могут устроить только дети. А вот по чему я не скучаю, так это по школьной бюрократии. Благодаря жене знаю об этом немало.

— Твоя жена тоже учительница?

Стоило ему упомянуть молодых иллюстраторов, как у меня екнуло сердце. Вечные мысли: нас таких много, я одна из тысяч, и моя судьба — вечно оставаться на втором плане. Не те у меня способности, чтобы чего-то достичь.

— Да, ведет математику в старших классах, — сказал Тарик. — Кстати, пойду-ка ей помогу.

Жена Тарика раскладывала на уголке стола оранжевые ленточки с рисунком в виде тыкв и черные шнурки для декорирования поделок.

Пора было начинать: дети с родителями собрались, некоторых из них я уже видела в библиотеке.

Тарик и его жена ни секунды не стояли на месте: то помогали, то хвалили, то отвечали на вопросы. Дэнби тоже оказалась прирожденным аниматором и вовсю болтала с детьми.

— До чего же весело! Устраивайте что-нибудь подобное почаще, — сказала мне женщина, которая привела на мастер-класс сразу троих. Она купила и «Школу для непослушных призраков», и «Автобус с привидениями».