Книга Хэллоуин в книжном «Ленивые кости», страница 110 – Эммелин Дункан

— Ты хотела оставить ребенка?

— Я никогда не понимала, как твоя мать могла тебя вот так бросить. Ты… ты же чудесная. И если бы мне позволили вырастить свою дочь, могу поспорить, она была бы такой же потрясающей.

— А Ланс был отцом?

Перл посмотрела на меня, и я поняла, что ей хочется соврать. Но потом она глубоко вздохнула.

— Я никому не говорила, но слухи почему-то пошли. Люди догадались. И это была правда. Я могу лишь предполагать, что кто-то видел нас вместе, хотя я и не понимала тогда, что Ланс просто использовал меня. Он не любил меня — так, как я любила его. Когда его спросили, он отрицал, что может быть отцом моего ребенка. Даже когда мой папа схлестнулся с ним на улице. И конечно, все поверили Лансу. Они подумали, что он был куда лучше меня. Родители снова меня наказали, хотя сплетню пустила не я.

Я пыталась дорисовать в голове последние штрихи, чтобы из смазанного пятна получилась ясная картина.

— И ты больше не могла иметь детей?

— Когда меня заставили отдать мою малышку, я пошла камнем на дно. Еле окончила школу, и родители тут же меня выгнали. Какое-то время я валялась на диване, потом в итоге оказалась в Сиэтле. Но я занималась «самолечением». Попросту разрушала себя. Сначала в ход пошел алкоголь, потом вещества похуже. В остальном я тоже вела себя не очень умно, так что подхватила инфекцию. Я не знала, что из-за нее стану бесплодна. Узнала гораздо позже, когда снова взялась за ум.

Ее улыбка была полна печали.

— Я трезва и чиста уже двадцать лет. Умудрилась получить швейное образование. Даже обустроила этот магазин. Я не говорила мужу о прошлом, пока не пришли анализы на фертильность. Я стала ему противна. Он бросил меня и прислал документы на развод, не сказав ни слова. Везде меня заблокировал, но страница его второй жены открыта. У них двое детей. Он живет жизнью мечты, пока я хромаю в тени своей.

Руки Перл застыли.

— Я сделала все, чтобы найти свою дочь. Я зарегистрировалась на всех генеалогических сайтах и загрузила свою ДНК. Я делала все возможное, чтобы не скрываться, но мне не приходило от нее вестей.

— И после всего этого ты вернулась в Элиан-Холлоу?

Даже представить сложно такое возвращение.

— Я не сразу сделала этот выбор, но мой тогдашний муж получил работу в округе. Он подумал, что это очаровательный город и лучшее место, чтобы завести детей. А я поняла, к добру или к худу, что этот город — часть меня. Так что открыла магазин пряжи и не опускала головы, когда все остальное рухнуло. Но в этом городе моя дочь может меня найти. Уверена, в ее свидетельстве о рождении стоит Элиан-Холлоу.

— Ты пришла на выступление Рекса, но ушла рано, когда он не появился.

И Мэтт Левертон явно видел ее у лабиринта. Одноклассником, о котором он говорил, точно была Перл.

Перл наконец-то отложила вязание. Что-то в ней говорило о поражении, будто она отказалась от остатков надежды в своей жизни.

— Ты права. Я заглянула на выступление Рекса, но ушла, когда он не объявился. В итоге села вязать в тыквенном лабиринте. Там было так хорошо, тихо. А потом появился Ланс.

— И ты с ним схлестнулась.

— Помнишь тот вечер, когда Ланс пришел в паб? Ты ведь была там с Колби? Он притворился, что не узнал меня, и я ему попеняла. Он наконец спросил о нашей дочери, и я сказала ему правду: мои родители заставили меня отдать ее в другую семью. А он…