Книга Тайна кровавой графини, страница 37 – Анна Велес

— Ладно, – сдался он. – Результат социологического опроса уже очевиден. Не видели ее. Но…

— Подожди, – попросил Аркадий. – Тёма, я понимаю, что ты очень далек от всякого такого мистического. Ты человек логики. Но есть момент. Ты же сам знаешь, что в основе все той же психиатрии и психологии лежит так называемое мифологическое восприятие мира, мифологизированное сознание. Ну или там, это все у нас всех даже еще глубже, в подсознании. А еще всякие там комплексы в честь персонажей мифов называют! Значит, это все-таки существует!

Артем невольно задумался. В чем-то аргумент друга был полностью алогичен. Но почему-то следователь не мог не согласиться.

— Ладно, – сдался он. – Но она и не призрак, что все-таки уже хорошо. Одержимость. И что мне это дает?

— Прежде всего, мотив, – весомо заявил Давид. – А еще схему действий преступника, его портрет. Все, что вам необходимо.

— Если тебе так проще, – предложила Нина, – считай, у тебя девица с расщеплением личности. Нам нужно узнать все о них обеих. О настоящей, кто такая, где искать, что там у нее стряслось, что она решила убивать…

— Извини, – прервал ее Аркадий. – То есть вы реально считаете, что девушка сама вызвала эту актрису и сама ее в себя вселила?

— Возможно. – По тону было понятно, что Давид на сто процентов в этом не уверен. – Или же мы ищем того, кто использует одержимую в своих целях. Но и это обычная полицейская работа. Отработка связей подозреваемой.

— Наконец-то мы вернулись в реальный мир, – обрадовался Артем. – Наш список вопросов. Живая подозреваемая. Тут легко: записи с камер, установление личностей, потом оперативники могут нанести визиты к кому надо. И там уже становится ясно, что дернуло девицу на все это.

— Дальше актриса, – диктовала ему Нина. – Давид сказал верно: зная все о Елизавете Аксо, мы получаем схему действий преступника. Потому что получается, что убивает вторая личность. И еще, как я поняла, не зря же вселилась в девицу именно актриса. У них должно быть какое-то созвучие. Наверное, да, тот самый мотив.

— Я кое-что успел собрать, – сказал Аркадий, указывая на бумаги. – Правда, мне кажется, мало. Выбрал все, что можно было найти в газетных материалах того времени по расследованию ее исчезновения. Там и про ее жизнь и связи много всего.

Он снова чуть смутился.

— Я больше думал о ее прежних возвращениях, – признался профессор. – Про убийства эти. И тоже собрал, что нашел про это.

— Стой! – Артем отвлекся от блокнота. – Аркаша, пожалуйста, вспомни: какой был интервал между преступлениями? Это сейчас прямо кровь из носу надо!

— К сожалению, – признался Аркадий, – я вот только по последнему это для тебя нашел. В две тысячи четвертом между убийствами проходило три дня. Число такое знаковое. Магическое.

— И бог с ним, – отмахнулся следователь, делая очередные заметки. – Главное, что не каждый день убивает. Уже хоть что-то хорошее. У нас время есть.

— Да, – согласился Аркадий. – Правда, этого все равно мало. Все же в газеты все материалы расследований не передавали.

— Так! – Это навело Артема на еще одну мысль. – Архивы УВД частично оцифрованы. В электронном виде можно получить дела с тысяча девятьсот девяносто шестого года. Хотя бы последнюю серию убийств я смогу там найти. Остальные можно полистать и в бумаге.