Онлайн книга «Ген ненависти»
|
Но вот она снова вернулась. Знала ли Антония, что в какой-то момент сестра вновь появится на пороге ее дома? Да, без сомнений. Она была уверена в этом с того самого дня, как Би покинула ее жизнь. — У тебя проблемы? — Нет, у нас нет проблем. – Би засмеялась. – Честное слово, Антония, ты всегда думаешь о худшем. Я просто хотела увидеть тебя. Вот и все. «Я просто хотела увидеть тебя». Антония почувствовала странную боль в груди. В течение многих лет она жаждала услышать эти слова от своей сестры. Чтобы Би показала ей, что их отношения не были односторонними; что, несмотря на все их различия, Би любит ее в ответ. — Хочешь остаться на ужин? – спросила она, удивившись сама себе. Оуэну это не понравится, но, конечно же, один обед в кругу семьи не грозит ничем опасным. — Вообще-то я надеялась остаться на какое-то время, – заявила Би. Она беспокойно двигалась, переминаясь с одной ноги на другую, царапая при этом предплечье до сухих белых линий на коже. В какой-то момент она сделала татуировку в виде сердца возле запястья. Антония это не оценила. — На какой срок? – спросила она. — На пару дней, – ответила Би. – Если только ты за? В течение пяти лет Антония задавалась вопросом, сделала ли она правильный выбор в тот ужасный день. Она задавалась вопросом, стоило ли ей заставить Би остаться и признать то, что сделал Саймон. Если бы это был кто-то другой, выбор был бы легче. Но Би была ее младшей сестрой. Роль Антонии всегда заключалась в том, чтобы защищать ее. А от старых привычек трудно отказаться. В какой бы неразберихе ни оказалась Би, Антония знала, что поможет ей выбраться, потому что именно так поступают сестры. — Конечно. – Она выдавила из себя улыбку. – Ты можешь оставаться здесь столько, сколько хочешь. Глава три Антония Семнадцать лет назад Опрос дискуссионного форума Mumsnet: «Стали бы вы проверять/Проверили ли вы своего ребенка на наличие М-гена?» Да: 19 % Нет: 64 % Не знаю: 17 % Если рождение Саймона было максимально естественным, то с Джеком вышло наоборот. Антония не лежала в одиночестве на холодном полу общественного туалета. Вместо этого она прошла через испытание, которое было в разы хуже. Она уже год пыталась забеременеть, когда Би зачла ребенка от того идиота, с которым жила. После этого Антония несколько недель едва ли могла смотреть на сестру, запиралась в ванной и плакала после каждой встречи с ней, видя, как живот Би становится все более и более выдающимся. Когда Оуэн предложил попробовать ЭКО, она сразу же согласилась. Теперь она наконец-то оказалась в окружении людей, которые понимали ее проблему. Процесс лечения был невероятно неприятным, иногда граничащим с жестокостью, но метод сработал, и Антония почувствовала, что преодоление этого препятствия дало ей гораздо более глубокое по сравнению с Би понимание того, насколько особенным и драгоценным был ее ребенок. Она оставила работу по инициативе Оуэна и целыми днями занималась только тем, что плавала, делала педикюр или тщательно подбирала фотографии для коллажа, который собиралась собрать после родов, желая задокументировать это особенное время, о котором хотелось помнить вплоть до мелочей. Она придерживалась строгой диеты. Ни кофеина, ни сырых яиц, ни сыра с плесенью, ни алкоголя. Ей регулярно делали УЗИ в частной клинике, что помогало ей справиться с беспокойством, но даже несмотря на это она просыпалась каждое утро с навязчивой мыслью, что в этот день что-то может пойти не так. |