Книга Комендантский час, страница 84 – Джейн Коуи

Фармацевт советовала подождать сорок восемь часов, прежде чем принимать вторую таблетку, и выпить ее лишь в том случае, если первая не подействует. В ночь с субботы на воскресенье Элен почти все время просидела в кресле и, прикрутив звук, смотрела всякую чепуху по телевизору. Том не встал и не спросил, все ли в порядке. А проснувшись в воскресенье утром, никак не показал, что заметил, что она провела большую часть ночи без сна. Он оделся и, как обычно, ушел на футбольную тренировку.

Изводя себя вопросом, стоит ли принять вторую таблетку сейчас или выждать оставшиеся три часа, Элен что-то почувствовала, а когда пошла в туалет, увидела кровь. Она испытала и шок, и облегчение. Элен привела себя в порядок, нашла сумку, достала планшет и отправила сообщение Мэйбл. У нее возникло резкое желание не делать этого дома. Ей хотелось, чтобы все произошло в другом месте.

Чувствую себя неважно. Приеду к тебе.

Надеюсь, не помешаю.

Она поехала к Мэйбл, не дождавшись ответа. Элен словно плыла через толщу воды. Каждое движение, каждое принятое решение требовало гораздо больших усилий, чем обычно, но каким-то чудом она добралась до цели. Она вошла, радуясь, что Мэйбл доверяла ей настолько, что выдала ключ. Дом был пуст.

Мэйбл жила в маленьком красивом таунхаусе, доставшемся ей в наследство от бабушки. Она сохранила почти всю мебель и вещи. У стены стоял розовый бархатный диван, покрытый вязаным одеялом, а на полу был расстелен совершенно не подходящий к интерьеру ковер с цветком. Кухня пестрела всеми оттенками зеленого. Все здесь было знакомо, все успокаивало. Элен поставила греться чайник и почувствовала новый приступ боли.

На этот раз все шло по-другому, более напряженно, как будто прежние ощущения были подготовкой, репетицией. Чайник с шипением выпустил пар и выключился. Элен этого почти не заметила. Все внимание было приковано к судорогам в утробе. Боли немного прекратились, но тут же вернулись, еще более яростные, чем прежде, и отдались в поясницу и в ноги. Закружилась голова, и она ухватилась за край столешницы, стараясь сосредоточиться на дыхании. Элен отчаянно жалела, что приняла обезболивающее в пятницу. Тогда она считала, что следует опередить боль. Теперь она поняла, что сглупила. Нужно было ждать момента, когда обезболивание реально потребуется.

Следующий час она пролежала на диване с включенным телевизором. Чашка с чаем так и стояла нетронутая на полу. Боль бушевала, до предела сжимая органы и отпуская, но лишь для того, чтобы запустить процесс заново. Элен ворочалась, пытаясь найти удобную позу, но боль накрывала в любом положении. Ничего не помогало.

Она с трудом поднялась наверх и наполнила ванну, очень глубокую и очень горячую. Она надеялась, что вода принесет облегчение, хоть ненадолго. Каждый новый виток боли казался маленькой войной, происходившей внутри.

Когда вода начала остывать, боль достигла своего пика. Она стала непрерывной. Элен слышала, что рычит, низко и страшно, как животное. Остановиться было невозможно. Она вцепилась в края ванны. Внутренности раз за разом сжимал жестокий спазм. Потом боль стихла. Все было кончено.

Элен полежала еще некоторое время, одинокая и ошарашенная. Потом осторожно пошевелилась, вылезла из ванны и слила воду. Она вытерлась и завернулась в один из халатов Мэйбл, выцветший, лиловый, с вышитыми на кармане конфетками Starburst, и вымыла ванну.