Книга Из ада с любовью, страница 189 – Эрих Келлер

Охранник пожал плечами и долго возился потом с ключом от наручников, а когда ему удалось их снять, доктор потребовал, чтобы охранники вышли за дверь.

В эту минуту на пороге кабинета неожиданно возник полковник Рейс. Что ж, МИ5 под рукой, есть у кого просить пощады…

— Здравствуйте, господин Рейс, – кивнул врач в ответ на его приветствие. – Подождите, пожалуйста, за дверью. Все будет готово примерно через полчаса.

— Вы уверены? – Тони не удержался от вопроса. Отсутствие сомнений у врача-экспериментатора вызвало вдруг злость и в некотором роде кураж: не на того напали!

Врач снова смерил его взглядом и ответил без вызова, спокойно, буднично:

— Совершенно.

Его спокойствие разозлило Тони еще сильней.

Полковник убрался в коридор вместе с охраной, и врач, несколько раз оглянувшись на дверь, подошел к Тони вплотную.

— Я помогу вам раздеться, – сказал он вполголоса. – Старайтесь не шевелить больной рукой.

Столь деликатное обращение настораживало…

— Уму непостижимо, надеть наручник на сломанную руку… – проворчал врач себе под нос.

И тюремная роба, и нижняя рубаха снимались через голову, но врач проявил удивительную ловкость, не потревожив перелома. То ли от тепла, то ли от страха Тони раскашлялся, и экспериментатор прервался – принес из-за ширмы таблетку, которую велел проглотить, а не положить под язык.

— У вас как минимум бронхит, а возможно, и воспаление легких. Вы получаете какое-то лечение? – спросил он.

— Да, – коротко ответил Тони.

— Садитесь. – Врач поставил спинку кресла в вертикальное положение.

Наверное, если бы не кураж – который едва не прошел от странной заботливости экспериментатора, – Тони не хватило бы силы сесть в это кресло. Нет, хорошо, конечно, что раздели не донага, в штанах он чувствовал себя гораздо уверенней, чем без них… И все же прикосновение холодного дерматина к голой спине обожгло, вызвало дрожь, прокатившуюся по всему телу – и наверняка заметную со стороны.

— Мистер Пинчер, – шутливо обратился врач к моро, стоявшему у окна, – принесите все необходимое для иммобилизации конечности.

— Чего? – переспросил моро.

— Две деревянные планки из нашей аптечки, вату и бинт. Два рулончика бинта. А вы, мистер, положите здоровую руку на подлокотник.

Моро отправился за ширму, где продолжали позвякивать инструменты.

Ремень, туго прижавший запястье к подлокотнику, сильно поколебал и решимость, и кураж. А ремни, застегнутые чуть выше колена и на щиколотках, свели кураж на нет, как Тони за него ни цеплялся. От решимости тоже мало что осталось. В эту минуту из-за ширмы появился моро с дощечками и белыми свертками в руках, и Тони узнал его лицо с первого взгляда.

— Бадди?.. – то ли радостно, то ли удивленно выговорил он.

Тот прижал палец к губам одновременно с врачом, а потом подмигнул и, подойдя поближе, шепнул:

— Я тоже сразу узнал вас, мастер.

Из-за ширмы выглянул молодой симпатичный врач, смахнул густую челку со лба и с каменным лицом сообщил:

— У меня все готово.

— Подождите, доктор. Я должен зафиксировать пациента.

Каменное лицо молодого экспериментатора не изменилось, и Тони подумал, что тот не просто человек с альтернативным способом жизнедеятельности, а стал таковым очень давно – не менее двадцати лет назад. Известно, что внешний вид первых моделей с годами не меняется… Волосы, брови, ресницы, усы – сейчас это не проблема. А тот, кто обрел альтернативный способ жизнедеятельности двадцать лет назад, ныне считается ветераном…