Книга Из ада с любовью, страница 172 – Эрих Келлер

Наконец зашуршал подъемный механизм дорогущего лифта – выкрики снизу ненадолго стали громче, а потом смолкли, обратившись в рокот множества голосов. Автоматические двери, лязгнув, раскрылись, и из лифта в сопровождении трех полисменов вышел высокий красивый мужчина с подзажившим желтоватым синяком под глазом и тремя букетами цветов в руках. Тони видел его дагеры в газетах – русский артист, арестованный за шпионаж. Значит, Берналу удалось добиться его освобождения… Видимо, русского высылали из Лондона, и трое полисменов должны были удостовериться, что он не покинет дирижабль до отлета. Хорошая компания – будет с кем поговорить по пути до Копенгагена.

Нет, ветераны не всесильны. Уверенность крепла с каждой минутой, оставляя позади и напряжение, и дурные предчувствия.

Светало. До окончания посадки оставалось четверть часа, до отлета – чуть больше сорока минут. И в голове крутилась мысль, что Тони мог пропустить, не заметить ветерана – особенно модель более совершенную, нежели доктор W., вроде Дэвида Лейбера, когда в распахнувшихся дверях лифта возник агент Маклин: в черном армейском плаще, подшлемнике и поднятых на лоб гогглах.

Вряд ли ветеран появился здесь ради формальной проверки – он наверняка просмотрел список пассажиров и нашел там Ричарда Баттлера с женой и грудным ребенком.

Кейт права: он не станет стрелять разрывными пулями из твердого кислорода (на дирижабле опасен любой выстрел) и уж тем более не будет использовать паяльную лампу. Зачем? С малышом едва не расправился отец Маккензи, мужчина не самого крепкого телосложения и не самой выдающейся в Лондоне силы. Тони задержит ветерана не более чем на три секунды, если все выйдет так же удачно, как в прошлый раз. Потребовать защиты у капитана, приверженца идей сэра Освальда, верного человека миссис Симпсон? Но агент Маклин не доктор W., с него станется уничтожить и всю команду, и пассажиров заодно – лишь бы сорвать переговоры Великой Британии с великой Германией…

Он не стал дожидаться отлета – сразу направился в сторону каюты Ричарда Баттлера. И довольно скорым (хотя и не торопливым вовсе) шагом.

Времени на раздумья не оставалось. Тони протолкнулся вслед за Маклином – тяжелые черные сапоги ветерана стучали по металлу палубы неумолимо, как обратный отсчет. Он готов на все, лишь бы сорвать переговоры… Лишь бы сорвать переговоры…

Время замерло, остановило большое, как глоток, мгновенье.

Сэр Ш. заметил верно – участи Тони не позавидует и больной саркомой. И, конечно, на вариант «Омега» следовало получить «добро» из Центра, но до конца обратного отсчета оставалось всего несколько широких шагов ветерана.

— Агент Маклин, погодите, – окликнул его Тони. – Остановитесь на одну минуту.

Ветеран замедлил движение и замер, будто что-то заклинило в его механизме. Медленно, очень медленно обернулся – и Тони понял, что он «переключается». Создатели Бинго гордились мгновенным переходом от возбуждения к торможению, менее совершенной модели на это требовалось время. Однако, переключившись, Маклин в три быстрых шага приблизился к Тони вплотную, и в живот тому уперся ствол револьвера. Ощущение было неприятным.

— Погодите стрелять, я никуда не денусь, – поспешил сказать Тони. – Я должен вам кое-что сообщить. Это важно для вас.