Книга Костяной шар, страница 119 – Елена Леонова

— Выходим, — скомандовал Смирнов, помогая выбраться сначала Яне, а затем Але. Сам вышел последним.

Пустыня встретила всё той же жарой и палящим солнцем. Вокруг сверкали барханы песка, а за ними, на западе, в мареве торчала макушка одного из субурганов Хара-Хото.

— Как далеко мы от города, — сказала Яна.

— Да, — кивнул Филипп, доставая компас. — Нам надо двигаться обратно на север. Все готовы? — дождавшись подтверждения, писатель пошёл вперёд, надев солнечные очки, кепку и накинув сверху большой плотный платок. Девушки пошли следом, также облачившись в защитные от солнца аксессуары. Аля на ходу начала мазать лицо кремом от солнца.

Идти по песку сперва казалось комфортно, пока были силы, но где-то через час изнуряющая жара напомнила путникам, как непросто передвигаться в такой местности. Появился ветер, неприятными порывами разбрасывающий песок. Филипп вновь шёл впереди отряда, периодически останавливаясь и дожидаясь остальных, чтобы расстояния между идущими не растягивались. Ветер усилился, и мужчина заметил на западе серую дымку, затянувшую небо, а песок у горизонта приобрёл белёсый оттенок.

— Что такое? — спросила Яна, догнав Смирнова, который остановился, разглядывая горизонт.

— Погода портится.

— Будет буря?

— Похоже. Чувствуешь ветер?

— Да. Папа называл это самум.

— Песчаная буря? — догадался писатель.

Яна кивнула.

— Он рассказывал, что самум в переводе означает «опасный». Все кочевники боятся, особенно если оказаться в пустыне, в открытой местности.

— Нам надо найти какое-то укрытие, или хотя бы то, за чем можно спрятаться! Быстрее! Идёмте! Где-то рядом должно начаться русло реки, ведущее в оазис.

— В чём дело? — приблизилась Аля.

— Начинается песчаная буря! Идём, скорее!

Девушки поспешили вперед за Филиппом.

Дымка на западе стала плотнее и издалека начала выглядеть, как высокая коричневая стена в несколько сотен метров, расширяющаяся и двигающаяся на восток, прямо на путников. Внезапно ветер стих. Затихли все звуки, и наступила полная тишина. Вокруг стало темнее. Пыльная дымка заволокла всё небо, так что на солнце можно было смотреть, не прищуривая глаз.

Смирнов остановился, снимая очки и глядя на мутный диск солнца, висевший, словно тусклая лампочка в небе. Он достал компас и сверился с направлением.

— Что за чёрт?! — пробормотал он, глядя на магнитную стрелку в корпусе, хаотично крутящуюся.

Рядом встала Яна, вопросительно глядя на писателя.

— Компас не работает! Стрелка крутится, как сумасшедшая!

— Почему?

— Я не знаю. Видимо, здесь сильные магнитные поля… не понимаю! Когда мы шли в Хара-Хото, всё было нормально. И главное, где русло реки? Мы давно должны выйти к нему!

— Мы потерялись?

— Надеюсь, что нет, но…

Филипп не успел договорить. Сильнейший порыв ветра закружил в вихре песок под ногами.

Тяжёлые частички почвы заклубились, а мелкая песчаная пыль начала подниматься в воздух.

Писатель и Яна достали респираторы и натянули их на лица, закрыв их поверх платками. Аля стояла в стороне, но сделала то же самое, что и её попутчики.

Дымка на горизонте приобрела очертание огромного тёмного облака, несущегося с огромной скоростью по небосводу, поднимая всё больше и больше песка.

Филипп, чуть согнувшись, поспешил вперёд, пытаясь разглядеть хоть что-то, похожее на камень или дерево, — препятствие, за которым можно укрыться от надвигающейся бури. Он двигался, чувствуя, как ноги погружаются в песок, затягивающий их и не дающий возможности быстро идти. Видимость стала практически нулевая. Вокруг была лишь стена из кружащегося песка, проникающего повсюду. Респиратор защищал нос и рот, но всё равно писатель чувствовал на зубах мелкую пыль. Внезапно впереди показались очертания чего-то похожего на небольшие валуны.