Книга Девятый перстень, страница 57 – Елена Леонова

— Кто передал?

— Неизвестно. Елена Рерих, тогда уже увлекавшаяся тибетскими практиками, знала про камень и что с ним делать. В своих дневниках она писала, что первые дни сонастройки с камнем дались ей очень тяжело: впервые взяв его в руки, этот кусочек метеорита сжёг ей кожу, и появились очень серьёзные ожоги. Камень должен был выполнить конкретную задачу. С ним Рерихи отправились в экспедицию, чтобы пройти определённый путь, указанный учителем из Тибета.

— И какой путь им предстояло пройти?

— А это знали только сами Рерихи. Деталей они никогда не рассказывали. Но известно, что камень, вставленный в оправу перстня, так же внезапно исчез, как и появился. Можно только предполагать, что он вернулся в Тибет и ждал, пока истекут следующие сто лет, чтобы прийти к новому владельцу.

— Если, как вы говорите, это было в двадцатых годах двадцатого века, то как раз прошло сто лет.

— Именно! Так что, возможно, камень уже нашёл очередного Избранного. Кстати, как правило, этот перстень называют «Чинтамани» и говорят, его носил сам Тамерлан.

На этих словах Саблин нахмурился. Гуль, у которого украли перстень Якова Брюса, рассказывал, что его предок был археологом и участвовал во вскрытии могилы Тамерлана. Совпадение?

— Но позвольте спросить, Алексей, вы нашли кольцо Рерихов? — с интересом задал вопрос Оболенцев.

— И да и нет. Сложная тема. Мы точно пока не знаем, тот ли это перстень.

— Понятно.

— А что с кольцом Керенского?

— Ну тут всё гораздо тривиальнее, — сообщил Яков Владимирович. — Никакой мистики. У Керенского, он в прошлом был одним из членов Временного правительства России, тоже имелся некий перстень с каким-то тусклым камнем. И хотя сам Керенский рассказывал, что якобы кольцо принадлежало когда-то одному из набобов — это титул крупных мусульманских аристократов в Индии, и называл его «перстень самоубийц», скорее всего, украшение являлось просто символом принадлежности Керенского к тайному обществу.

— Почему «перстень самоубийц»?

— Ну вроде как все, кто носил это кольцо, в итоге добровольно уходили из жизни… Не знаю.

— А что за тайное общество?

— Масоны, конечно, — усмехнулся Оболенцев. — Керенский был известным представителем московской масонской ложи, а кольцо — символом, которым награждали масонов очень высокого градуса.

— Градуса? — переспросил Саблин.

— Да, у них там свои иерархии. Не буду говорить, так как не разбираюсь, но факт остаётся фактом.

Саблин вновь задумался. Он уже слышал упоминание о масонах в последние дни, когда тот же Оболенцев рассказывал про Брюса, также состоявшего в этом тайном обществе.

Чёрт! Ещё одно совпадение. Следователю показалось, что у него сейчас взорвётся мозг от количества деталей. Их явно надо было ещё раз проанализировать и сопоставить. Где-то точно кроется ключ, дающий ответы на вопросы: кто и зачем крадёт перстни?

Вернувшись в отделение, Саблин сел на край стола перед флипчартом, где таблица, которую он рисовал пару дней назад, заметно расширилась и теперь состояла из шести граф, в каждую из них внесена информация по всем инцидентам.

Общее, что объединяло все случаи, было отображено красным маркером, различия — синим, вопросы сформулированы зелёным.

Следователь не спеша, внимательно снова прочёл всё написанное.