Книга Лисий Омут, страница 37 – Елена Леонова

— Да, я.

— Может, чаю? – неожиданно вклинилась в разговор женщина.

— Простите, – опомнился Прохор, – забыл представить семью. Моя жена Лариса и мой отец – Осип Андреевич, – он глянул на старика. – Отец всю жизнь тут прожил, учителем в школе работал. Да и предки наши корни здесь пустили с самого основания Черногорки.

— Верно, – подтвердил старик, поправляя очки, – наш род тут с незапамятных времён. Предки многое повидали: и царя знали, и революцию пережили. Отец мой на войне был.

— Давайте я всё-таки сделаю чай? – вновь вмешалась Лариса.

— Будет отлично, – ответил за всех Саблин. Женщина обрадованно скрылась в кухне. – Что относительно обстоятельств обнаружения тела в лесу? – вернулся к своему вопросу майор.

Прохор откинулся на спинку стула.

— Ну, как я уже говорил раньше, дождь тогда тоже лил, хоть и не так сильно, как сегодня. Рано утром я шёл через лес по тропе к водохранилищу, на рыбалку. Увидел что-то у старого дуба, почти на опушке. Приблизился, а там… ну, вы сами, наверное, знаете. Кости и куски плоти.

Он сделал паузу, словно вспоминая детали, которые уже были озвучены, но всё же требовали повторения.

— Я сразу смекнул, дело нечисто. Поэтому побежал в деревню и позвонил в полицию.

Саблин кивнул.

— И вы не видели никого тем утром в лесу?

— Нет, никого, – подтвердил Прохор, – лес был пустой. Только ветер шумел в ветвях и дождь капал по листьям. Но если бы кто-то там был, я, наверное, заметил бы.

Жена Прохора поставила на стол дымящийся чайник, чашки и тарелку с румяными пирогами. Её движения казались быстрыми и уверенными, но в глазах читалось напряжение.

— Спасибо, – Саблин улыбнулся. – А вы, Лариса, что-нибудь можете добавить?

Женщина вздрогнула. Она явно не ожидала обращения к ней напрямую.

— Нет, ничего особенного. Прохор, как обычно, ходил на рыбалку. Вернулся расстроенный, сказал, нашёл тело. Больше ничего, – она опустила глаза, смутившись. Саблин, заметив это, не стал давить.

— Часто ходите в лес, Прохор?

— Я там вырос, товарищ майор, – усмехнулся тот. – Лес – мой второй дом. Я, да, впрочем, и все в деревне, знаю его как свои пять пальцев. И кто там бывает. Обычно грибники, рыбаки, охотники иногда. Но в то утро, кроме меня, никого не было. Точно вам говорю!

Следователь показал фотографию Можаева.

— Видели его?

Прохор, взглянув на снимок, покачал головой.

— Нет.

— У нас такое впервые, – подключился к беседе Григорий Иванович, до этого тихо сидевший в кресле около серванта, – деревня у нас спокойная. Даже пьяница, и то один, а так – люди смирные, трудолюбивые. А теперь все обсуждают того покойника, даже напуганы. Лес всегда был местом тихим. Люди ходили, грибы собирали, ягоды. Ничего криминального, как говорится.

Осип Андреевич за столом шумно вздохнул. Его глаза, скрытые за стёклами очков, казались мудрыми и проницательными. Он молчал, но его взгляд говорил больше, чем любые слова. Старик повидал многое в этой деревне: как меняются времена, как приходят и уходят люди. И случай в лесу, похоже, не являлся для него чем-то совершенно новым, хотя и вызывал определённое беспокойство.

Саблину вдруг показалось, будто старику есть что сказать.

— Осип Андреевич, – дружелюбно начал майор, – а вы же, наверное, со многим сталкивались в этих краях. Может, припомните что-то необычное? Или слышали какие-то разговоры, слухи?