Книга Лисий Омут, страница 17 – Елена Леонова

Скоростной состав стремительно мчался вперёд и, согласно графику, через два часа, примерно к девяти утра, должен был достигнуть станции Вышний Волочёк. Это казалось удобным временем, ведь впереди предстоял целый день для работы над делом.

Саблин поудобнее устроился в мягком кресле и устремил взгляд в окно.

Проносящиеся мимо картины увядающей осени живо сменяли друг друга: сначала мелькали чёрные, словно нарисованные углём, корявые ветви деревьев, затем им на смену приходил мрачный, промокший от дождя лес, а после открывались бескрайние поля, покрытые жёлтой увядающей травой. Где-то вдалеке сквозь туманную дымку проглядывали крошечные деревянные домики, будто забытые игрушки, добавляющие пейзажу особую минорную прелесть. Тяжёлое серое небо нависало над землёй, готовое обрушиться беспросветной пеленой. В сознании Саблина, привыкшего к анализу и поиску закономерностей, подобный пейзаж начал складываться в мозаику, каждый элемент которой нёс свой особый смысл. Серый туман раннего утра скрывал не только природу, но и нечто важное в новом деле, что ещё предстояло разглядеть. Ветви деревьев, голые и изломанные, напоминали ему о хрупкости жизни, о том, как она легко может оборваться. Жухлая трава, примятая дождём, говорила о неизбежности увядания, о том, что даже самая яркая зелень рано или поздно уступит место серости.

Поезд продолжал свой путь, унося следователей всё дальше от привычного мира, вглубь осенних пейзажей.

После недолгой остановки в Твери небо неожиданно прояснилось. Кое-где сквозь давящие облака пробились солнечные лучи, рассеивая не только густую утреннюю дымку, но и внутреннюю меланхолию следователя. Солнце, поднявшись выше, щедро залило вагоны тёплым светом, и даже потёртые плюшевые сиденья показались Саблину уютнее. Лес за окном запылал яркими красками – багряными и золотистыми листьями. Сквозь берёзовые и дубовые рощи проглядывали островки ещё сохранившейся зелёной растительности, мелькнули густые массивы хвойных лесов, а проезжаемые мимо водоёмы засверкали, как осколки зеркал, отражая голубое небо. На их берегах, будто стражи, стояли ивы, склонив свои ветви к воде. Поля, убранные после жатвы, простирались до самого горизонта, точно тёмные бархатные ковры, расстеленные перед приходом зимы. На них маленькими чёрными точками паслись стада коров, неспешно пережёвывая остатки травы, а вдалеке виднелись деревни с покосившимися избами и дымками, поднимающимися из труб.

Саблин наблюдал за метаморфозой природы с невольным интересом. Казалось, с появлением солнца мир вокруг оживает, откликаясь на перемену погоды, словно приглашая майора отвлечься от мрачных мыслей. Но стоило ему вновь подумать о деле Можаева, как прежняя тяжесть возвращалась. Он пытался выстроить цепочку событий, найти хоть какую-то ниточку, ведущую к разгадке, но все пути упирались в глухую стену. Исчезновение и гибель – два разных, но одинаково пугающих исхода. Связаны ли они? Или просто совпадение, лишь усугубляющее сложность расследования?

Через час поезд начал замедлять ход. Приближалась станция. Вышний Волочёк. Серые привокзальные здания, спешащие люди, суматоха – всё выглядело чужим, далёким от той тишины и красоты, что Саблин наблюдал на протяжении пути. Но это была реальность, в которую ему предстояло погрузиться. Реальность, где за внешним благополучием скрывалась трагедия. Впереди – новый этап расследования. Город, где, возможно, кроются ответы.