Книга Главный проект архитектора!, страница 6 – Татьяна Аридея

Мужчина хмыкнул.

— А ведь мы прекратили с ними дела как раз два года назад. Оказалось, что они скрывают уход своего талантливого архитектора. А я не люблю, когда мне лгут, — точно уже провел параллель, — благо вы нашлись вовремя, Оля. Цезарь строит свои проекты очень похоже, и нас все устроило.

— Видимо, не до конца, раз стремитесь вмешаться в мое личное пространство, — не удержалась от шпильки.

— И неустойку заплатите, и готовы сделать общественной вашу личность?

— Вы ведь не отстанете от меня. Задавайте свои вопросы. И сразу предупрежу. Я быстро сделаю себе новый ник. Есть связи, а вот ваши заказы никогда больше не возьму. Готовы узнать обо мне?

Мужчина долго смотрел на меня и вдруг выдал.

— Этот проект никто кроме вас не доделает. Риск в миллионы. Но я готов рискнуть своим честным словом. Расскажите мне все, не люблю недомолвок между партнерами. А я пообещаю не вмешиваться в вашу жизнь, если вам не нужна помощь. Думается мне, не от хорошей жизни вы лишились сына. Рассказывайте все. Кто вы, откуда? Где ваш сын? Был ли муж? Почему ушли из «Оазиса выбора»?

— В «Оазис» я прошла огромный отбор. С директором встретилась случайно на обсуждении одного из проектов. Я тогда не знала, кто он. Он покорил меня широтой взглядов, знаниями о предмете всей моей жизни. Валентин Рогозин стал моим мужем спустя три месяца ухаживаний. Спустя год я родила ему сына. Дальше интересно?

— Рассказывайте, Оля Миронова. Вы же из династии известных архитекторов. Почему об архитекторе Оле Рогозиной никто не слышал? — знает, замерла. Он знает обо всем или о многом. Как он успел так быстро вычислить кто я? Боится, что я представляю для него угрозу? Что ж, решение все рассказать было правильным. И кажется, если ему не понравится что-то, придется начинать карьеру за рубежом. Расправила плечи. Меня потеря сына не сломила, предательство родных. Я выстояла. Что мне до дяди Силы?

— Я сама устроила Алю в фирму к мужу. Сейчас, думаю, он не любил меня никогда. А тогда было больно замечать ее ужимки и его улыбки в ее сторону. Они, по сути, не скрывались никогда, только я была наивной дурехой, пока меня не ткнули в измену лицом. Хорошая подружка с института залетела от него. Моему сыну уже восемь лет. Они оба успели обработать его, а я не замечала. Все жаловалась, что он потребительски относится ко мне. А муж только выговаривал, что сама виновата, что балую его, — всхлипнула неожиданно для себя. Оказывается, не такая я сильная. Не отпустило меня до сих пор, — он держал меня всегда рядом из-за моего таланта. Я работала всего лишь помощницей у него, а выполняла всю работу Али. Ведь как же серьезный заказчик, а твоя подруга, которую он устроил по моей просьбе, не справляется, и я создавала шедевры за нее. И когда мне было замечать все, ездить в отпуск? Когда я и работала за десятерых, как рабыня. Лежала в больнице с сыном. А вот в санаторий или на море он возил его всегда без меня. Как раз контракты горели в это время. Наивной оказалась и глупой. Весь талант в одно место ушел.

— Почему суд не оставил ребенка тебе? Почему не заявила о себе? Даже один заказ под собственным именем вернул бы тебе репутацию.

— А меня стерли из жизни. И отец приложил к этому руку тоже. Просто получила запрет от суда. Я в это время подала сама в суд, так как меня просто выкинули из дома. Пока насобирала деньги на адвоката, оказалось поздно. Все решили без меня. На суде это я была изменщицей, это я пыталась присвоить ее проекты. Отец лишь сказал, что никогда не хочет знать меня. Сама не имею таланта и обидела такую талантливую девочку. Мол, еще с института обманывала. Моя помощь ей в те времена была расценена как воровство ее идей. Работы-то наши были похожи. Подружка Аля терпела меня из-за знаменитого оцта. Он ведь преподавал там и всегда считал, что я не сама делаю свои работы. Думаю, она и с ним спала.