Книга Измена. Как веревочке не вейся!, страница 78 – Татьяна Аридея

И ответить не нашла чего, не ругаться с дедулей. Второй курильщик был моложе, но было видно, что не поддержит нас. Тоже уши уже завяли.

Когда мы вернулись в свое купе, обнаружили попутчицу. Тетечка выглядела немолодо. Но когда она озвучила свой возраст, я приятно удивилась. Анастасии Семеновне шел почти семидесятый годок. Она сразу же заняла все внимание сыновей, ловко поддерживая современные веяния в игровых тенденциях. Даже я не знаю таких элементов, как адвенчура. Хотя росла в век информационных технологий. Она лишь посмеялась, перевела мне умное слово на русский язык.

— Это я детей в строгости держала, а с внуками лучшая подруга. Возраст позволяет воспитание скинуть на дочь и зятя.

Она поддержала наш заказ на ужин, достав из своей сумки домашние куриные нагетсы. Сыновья были в восторге. Пришлось уговаривать их съесть принесенный проводницей ужин. А моя пицца получилась не при делах. Мне ее выкидывать? Анастасия Семеновна посмеялась над моими проблемами и предложила положить пиццу до утра в ее холодильник. Она везла с собой гостинцев внуков. Подготовленная и продуманная тетечка. Бабушкой ее назвать язык не поворачивается.

Когда за окном стемнело, свет в вагоне приглушили, сыновья затихли на своих полках, она вдруг спросила.

— О чем печалишься? Муж загулял?

Откуда она может знать? Посмотрела на нее с подозрением. И что мне ждать от такой попутчицы?

Я замерла, не зная как реагировать на слова бабушки. Хотелось верить, что она просто проницательна. Что меня выдало? Задумчивость? Часто уходила в себя? Или она заглянула в переписку с моими подружками?

И вдруг она начинает сама рассказывать.

— Мы же жили в другое время. Мужчин достойных было по пальцам пересчитать. Вот вроде на заводе работает, имеет военные награды, не пьет, а баб меняет как перчатки. И каждая стремилась урвать кусочек женского счастья. Боролись мы тогда страшными методами. И космы выдергивали, и подставляли, чтобы заполучить того самого. Красиво смотрелись ухаживания мужчин, но это ж было редкостью. Подарит букет, значит уже влюблен, надо брать.

— Это ж когда было! - возмущаюсь с улыбкой, расслабившись, что избежала расспросов.

— Я своего Веньку с подруг три раза снимала. С ним ругалась, потом мирилась и каждый раз ребеночка получала. А девчонкам тем патлы выдирала. Он гордился, что я у него боевая. В первый раз кричала о разводе, но сразу не подала, а потом и смеялась над своей дурость. С чего я должна отдавать своего мужика другой!

Она говорила это с гордостью, заставляя мурашкам по телу гнаться. Страшно жуть иметь такие взгляды на жизнь. Сейчас развод легче дается. Главное иметь в подружках крутую адвокатшу. А и без денег уходить, сама не безрукая. Что я сыновей не прокормлю!

— А он вас хоть любил? Если бы любил, то на других не заглядывался, - со смешинкой в глазах спросила у нее.

— Любил, клялся и божился, что другой не надо. У Нютки пироги хуже моих всегда были. У Любки дома всегда срач, а Наташенька была красавицей и умницей, дочкой директора заводуправления. Вот где я схуднула. Он к ней ушел, полгода к нам с дочкой и сыновьями приходил только по праздникам. Но я не прогоняла его. Зачем? И не уговаривала вернуться. Мужчина должен сам сделать выбор. Но детей уговорила помочь папке понять, что семья лучше. Он и понял. И как не понять после стольких интриг. Мы с детьми по очереди выслеживали его пассию. И удачно все получилось. Избалованная мадам жила на два фронта. Встречалась с главой парткома города. Тот тоже был женат. Вот она и ловила синицу вместо журавля. Если бы тот развелся, то она моего Веньку бросила бы. Я бы подождала. Да тот ее второй ухажер не торопился разводиться. В те времена осуждалось это очень. Да жена его была на порядок перспективнее. Подговорила свою подругу, чтобы она рассказала у мужа на заводе про ту девку. Он кинулся узнавать и как водится, сам все своими глазами увидел. Он вернулся ко мне, а партиец этот в столицу укатил на повышение. Мой больше налево не ходил, как отрезало. А ты думаешь, простить своего или нет? Если родной, запутался! Вдруг сожалеет!