Книга Функция: вы, страница 358 – Юлия Домна

— Это перебор по всем статьям, – простонал он в стремительно тающем гневе. – Я не собираюсь тебя отпускать, и никто не отпустит. Бросай свои героические замашки! Ты…

Я перебил его, взяв за руку:

— Хольд был готов пожертвовать собой, чтобы я сделал кое-что. У меня нет права отступить. Это важнее всего, что происходит. Я буду в порядке.

Мару дрогнул. Он все еще был бессилен перед его именем. А тому, кто никогда не был, я громко напомнил:

— Ты сказал, что не станешь мешать мне вернуть госпожу М. Даже если сам поступил бы иначе. Делай, что хочешь. А я сделаю, что должен. И даже притворюсь, что не собираюсь найти способ спасти Ариадну.

Стефан взглянул на меня сквозь километры плотной, поступательно гасящей свет мерзлоты.

— Я убью его, если вы попытаетесь помешать мне. Если согласитесь помочь кому-либо помешать мне. Если Оля станет Минотавром. Если найдется другой способ ограничить мою функциональность. У меня нет времени играть в слова, поэтому прочее додумайте сами. И нет, превентивный удар эффективен только когда о нем не знают, Виктор. Если по каким-то причинам я не смогу убить его лично, его убьет кто-то другой. У меня есть свободные руки.

Виктор сдавленно выдохнул. Стараясь ни на кого не смотреть, я высвободился от Мару и вышел на середину коридора.

— Оля, ты готова? – Стефан опустил руку.

Я встретился с ней взглядом. Он обещал мне взбучку, и карцер, и тысячи часов воспитательных бесед.

— Обещай, что не причинишь ему вреда, – процедила она. – И если у тебя что-то пойдет не так, ты не тронешь его и никому не позволишь.

— Заложники… – помолчав, откликнулся Стефан. – Я вспомнил, сколько с ними мороки.

Он окинул меня долгим, подсчитывающим издержки взглядом и продолжил:

— Если все воздержатся от глупостей, он вернется завтра днем.

— А Ариадна? – спросила Ольга.

С потолка раздался знакомый птичий звук. Ники у шкафов подались к нам, их наждачные покровы процарапали дверцы. Стефан отвел голову, прислушиваясь – но не к ним, а к кому-то внутри, за мерзлотой. И оттуда, по инерции, присущей только физическому миру, он откликнулся:

— Ты что-то спросила?

— Ничего, – сухо обронила Ольга. – Мне все понятно.

Ники затихли. Стефан вернулся:

— Всем все понятно?

Вместо ответа стены лабиринта содрогнулись от грохота дверей.

Это было похоже на взрывную волну. Звенящее эхо повисло в прихожей. Стефан шагнул, и все расступились. Я двинулся следом за ним. Стефан открыл центральную дверь, и я увидел коридор, но не тот, которым пришел и даже не тот, который физически присутствовал в здании, что мы оставляли. Лабиринт снова был самим собой.

— Зачем? – прохрипела Ольга нам вслед. – Стеф, черт бы тебя побрал…нахрена?

Я полагал, он промолчит. Вопрос казался риторическим. Но Стефан пропустил меня первым, а ей, не оборачиваясь, ответил:

— Если бы тебе достались плоды, а не всходы, ты бы не спрашивала.

И закрыл за нами дверь.

Я ждал чего-то уничижительного, не слова, так взгляда, но Стефан молча двинулся дальше. Мы прошли три коридора. На четвертом он ускорил шаг, и еще до того, как завернуть вслед за ним, я знал, что увижу. Высокий арочный вход во всю стену. Библиотека за ним по-прежнему казалась фантастической.

Все окна были закрыты. Но в щели, вероятно, сквозило, потому что воздух напоминал уличный. Таким я его и помнил – ни намека на осень. В небе разливалась бирюза, дома напротив сияли от солнца.