Книга Функция: вы, страница 131 – Юлия Домна

Завороженный садом и домом, всем этим районом из журнала про знаменитостей, я сошел с дорожки. Море шелестело где-то в темноте, за плотной оградой из эвкалиптовых кустов, вероятно маскировавших второй периметр защиты. Пройдясь вдоль, я поднял голову. Небо провисало под тяжестью туч. Без темно-оранжевой дымки, разводов городских огней – чистой, неразбавленной ночью. И хоть звезд сегодня не было, я представил, каково видеть их отсюда каждый день, как чистый жемчужный свет льется на мерцающий гравий дорожек, сквозь полупрозрачный навес патио, отбрасывающий тени в форме кленовых листов.

— Забавно, правда?

Я опустил голову и увидел неподалеку Шарлотту, тоже глядевшую наверх.

— Только нам с тобой интересно, какое тут небо, – сказала она.

— Просто… тут красиво.

— Просто, если тебе пересадили свиное сердце, ты еще не стал свиньей.

Я не ответил. Она продолжила, впрочем, без особого злорадства:

— Ваша игра в другой вид такая натужная. Не утомляет?

— Это не игра, – зачем-то возразил я. – Все не так просто.

— А по-моему, проще некуда. Ты был рожден как человек. Выглядишь как человек. Думаешь как человек. Потому что только людям хватает глупости жалеть тех, кто обещал их убить. – Она усмехнулась, но как-то больше вздохом, и протянула руку к моему воображаемому звездному свету. – Только люди могут коснуться того, чего нет.

Я знал: еще пара секунд, и я спрошу, что случилось в ванной. А правда ли. И правда ли нет. Но Ариадна окликнула меня по имени, и, обернувшись, я увидел провал открытой двери.

— Пойдемте, – позвал.

Шарлотта продолжала смотреть наверх. Из-за этого я тоже не шел – я не мог оставить ее без присмотра. Ариадна приблизилась.

— Иди в дом.

Мы сменили караул. Энтропы уже зашли внутрь, и окна по обе стороны от двери горели, как две квадратные фары, затянутые светлыми матовыми ширмами.

На крыльце я обернулся. Ариадна с Шарлоттой стояли там же, где я их оставил. Один силуэт продлевал второй. Ночь продлевала обеих. Мне захотелось окликнуть Ариадну по имени. Отделить от темноты, повернуть к свету. Магия диодных дорожек в ультрабогатом квартале, так подумал я и вошел внутрь.

От аквариумов Влад не смог бы удержаться, даже если бы обещал. В просторной гостиной их неоновые блоки были встроены в три стены из четырех. Как и прочая мебель: шкафы, телевизор, электрический камин, мелкосетчатые панели музыкального центра – всё, кроме дивана по центру, было плоским и встроенным, из-за чего гостиная казалась почти пустой.

— Ух ты, – сказал я.

— Обувь, – сказала Эдлена.

Спрятав пальто куда-то в стену, она отвернулась и направилась к раздвижной панели, ведущей в черный узкий коридор.

Я осторожно разулся, шагнул в подготовленные хлопковые тапочки. Они ступали по дымчатому полу бесшумно, будто не касаясь вовсе. Из противоположного коридора в гостиную выплыл Влад. За ним волочился серый шарф, присунутый в карман пальто. Не увидев Эдлену, энтроп вытянул шею и крикнул громко, сквозь комнаты:

— Где мои запонки с вулканическим стеклом?!

— Я ношу их на работу! – донесся голос из-за толщи стен.

— Мне казалось, ты не любишь вещи с мертвецов! – хохотнул Влад и посмотрел меня с таким выражением, будто не знавал большего лицемерия, чем это.

Через пару минут Ариадна привела Шарлотту. Затем вернулась Эдлена в подвязанной шелком сорочке. Прижав палец к наушнику, она запаузила очередного собеседника, и три цепочки с циферблатами соскользнули по загорелой коже в глубину рукава.