Книга Драма на трех страницах, страница 73 – Андрей Буровский, Валерий Казаков, Ольга Кузьмина, и др.

— Итак, — спросила Елена у Веры, — тебе предстоит операция, и ты хочешь на целый месяц оставить Дашу с её папой?

— Больше не с кем, — сказала Вера.

— Ну как не с кем-то? — возмутился Антон. — Матери своей оставь.

— Мамы нет уже два года. Родных не осталось.

Вера достала из папки свидетельство о смерти, положила его на стол.

Антон взял свидетельство, посмотрел его, отбросил.

— Соболезную… — произнесла Елена. — Но для детей есть приюты. Уверена, что воспитатели позаботятся о Даше лучше Антона.

— В приюте мы были, — сказала Вера. — С Угольком нас не приняли. А без него Даша не сможет.

— Уголька на передержку отдайте, — произнесла Елена.

— Без Уголька Даша не сможет, — сказала Вера.

— Что значит «не сможет?» — возмутился Антон. — Сможет… У тебя бумаги врачебные есть?

Вера достала из папки листы с распечатанным на них текстом, вручила их Антону. Тот прочел первый лист, нахмурился, продолжил чтение.

— Дело в том, что… — Елена вздохнула. — Завтра мы с Антоном расписываемся и уезжаем в круиз по Волге. На две недели. Я не вижу никаких проблем в том, что Даша и Уголёк поживут раздельно.

— Вы не понимаете, — произнесла Вера. — Если их разлучить, у Даши начнётся срыв. Она будет раскачиваться. От еды откажется. Спать не сможет. И успокоит её только Уголёк. Про канис-терапию слышали?

Антон вернул листы с текстом Вере, ладонями потер лицо.

— Операция будет рискованная, ― продолжала Вера. ― Закончиться может печально. И если я ласты склею, Даша тут насовсем останется.

— Как ты меня отцом-то записала? — спросил Антон. — С твоих слов, да?.. Де-юре я не отец. Обязанностей у меня нет.

— Заявление подашь. Отцовство загс установит без проблем.

— Вот… — Антон встал из-за стола, поднял указательный палец. ― Ключевое слово «проблемы»… — Антон развел руками.

— Это твои проблемы, Вер. А у нас ресторан заказан, путёвки куплены. Мы не можем всё взять и отменить. К тому же псина тут жить не будет. Псы говно жрут.

— Уголёк не жрёт.

— Все псы говно жрут.

— Кроме Уголька.

— Уголёк ― пёс! Значит, говно жрёт!

Антон хлопнул ладонью по столу, вышел из кухни.

Вера закрыла глаза, вздохнула.

…Антон заглянул в комнату, где на диване сидела Даша, у ног которой лежал Уголёк. Пёс увидел Антона, замахал хвостом.

Сердито глядя на собаку, Антон развернулся, ушёл.

…На кухне Вера и Елена сидели за столом. Перед Верой лежала папка с документами.

— Простите меня, — сказала Вера.

— Про дочь Антон сегодня узнал? — спросила Елена.

Вера покивала, убрала папку с документами в рюкзак.

— Не волнуйся, — произнесла Елена. — Няню частную наймём.

Елена встала из-за стола, вышла из кухни. Вера проводила её взглядом.

…Елена вошла в комнату, где на диване сидела Даша, у ног которой лежал Уголёк. Усевшись бок о бок с Дашей, Елена сказала:

— Привет.

Даша отрешенно смотрела перед собой.

Елена рукой погладила Уголька. Пёс встал, носом ответил на ласку.

Даша, глядя перед собой, прижала Уголька к себе.

Елена изменилась в лице, встала, вышла из комнаты.

Вскоре Елена гуляла в саду за домом, приложив к уху смартфон.

— Надежда Петровна, — сказала Елена по смартфону, — на пару недель приютить надо. Семь лет. Аутизм.

— Сейчас не могу, — раздался из трубки голос Надежды Петровны. — У меня уже два ребенка… Вы Люде звонили?