Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 105 – Наталия Иноземцева

— Что? – эта новость подняла Гроу на ноги.

— Принц нуждался в крови рахо, времени не было и… ты видел, обряд получился.

Новость, что чудовищ можно приглашать на пир к простым смертным, не укладывалась в голове. Да и кто это смог сделать? Вот эта хрупкая девчонка? Он только и смог выдавить:

— Как?

Исвена вздернула подбородок:

— Теперь моя очередь спрашивать. Почему ты обозлен на Пайрона? Что он тебе сделал?

Бом-м-м… бо-о-м-м… б-о-о-м.

Стены замка загудели от мелодичного звона гонга.

— Что это?

Исвена осторожно посмотрела в окно:

— Герцог созывает приближенных. Что-то случилось… Энже, поклянись, что не тронешь его, – она метнулась к выходу и закрыла собой дверь. – Я не дам! Все можно решить без крови.

Так отчаянно могла защищать мужчину только любящая женщина. Внутри все свернулось в тугой комок. О, Исвена – не простая женщина, нет. Ведьма! Дрянь, отдавшая себя Темной стороне. Что она сделала? Чем опьянила? В Вионе есть золотовласые девы куда красивее, нежнее и покорней. Теперь Гроу понял, почему рабыням в элрае отрезают языки.

Он встал и стиснул ее хрупкие плечи. Не сильно, но так, чтобы Исвена поняла, с кем заигрывает:

— Посмотри на меня. Хочешь, я убью твоих родителей? А милых сестер и братьев? У тебя же есть братья? Я их сожгу заживо, а тебя заставлю смотреть. А потом продам за море. Ты темноволосая, дорого элраяты не заплатят и в гарем императора не возьмут, но и на каторгу, как меня, не отправят. Зато в Элрае много работяг. Они выкупят тебя в складчину и будут развлекаться. Элраяты в этом знают толк, но тебе не понравится. А я… я непривередливый, буду первым.

В глазах Исвены запылали знакомые огни, она попыталась вырваться. Гроу вжал ее в дверь и пропустил колено между ног, зарывшись в юбках. Урок опасно затянулся, весь жар из груди ушел вниз. Он прошептал ей в ухо:

— Если сумеешь вернуться, ты меня простишь? Будешь рада? Может, в мужья возьмешь? Или отравишь как собаку?

Исвена поступила взгляд и сжала алые губы. Гроу ослабил хватку.

— Я убью Пайрона после королевского суда. Четвертую и брошу в кипящую воду. Как поступают с родственниками, нарушившими священную заповедь оберегать свой род. – И пусть в Вионе так не делают. Для исполнения приговора он готов отправиться с дядей в Элраю. Он понизил голос: – Не лезь, у тебя нет права. Пайрон тебе не отец и не муж. И говорит с тобой законный наследник, а не обиженный щенок. Сгинь и затаись, тогда я придержу новость, что ты ведьма и призываешь тварей.

Гроу не помнил, как покинул комнату, он ничего не видел перед собой, пока шагал в каминный зал. Там проводились важные совещания. Но знать пестрой толпой тянулась в тронный зал. Осмотревшись, он присоединился к шествию.

— Эй, Гроу-у-тон. – Услышав Наэля, он замедлил шаг и позволил себя нагнать. Друг махнул кубком с вином и придирчиво его осмотрел. – Выглядишь ужасно, синий бархат тебе не идет. А сапоги… Святые стороны! Они не к месту, ты похож на лютого провинциала. Но и моя новость не лучше, – Наэль отпил вина и расширил глаза, длинные ресницы достали до бровей, – пира не будет.

Гроу и так был на взводе. Ему захотелось ударить Наэля, в лицо или в живот. Так, чтобы он перестал манерничать и заткнулся. Пошевелив пальцами и сжав их до хруста, он выдавил: