Книга Обучение магии, страница 101 – Любовь Фомина

— Да подожди ты! Куда опять несёшься? Я не успеваю. — Кричу я ему, не готовая с самого раннего утра, а ещё и после завтрака выходить на вынужденную пробежку.

— Иначе мы можем не успеть.

— Да всё мы успеем! Давай только чуть помедленнее. Пожалуйста.

Моя вежливость раздражает Кристиана ещё больше, чем я сама. Он сразу же останавливается и подходит ко мне. Минимальный результат моих слов оказывается достигнут.

Он останавливается совсем впритык ко мне, склоняясь над моим лицом так, что я кожей чувствую выдыхаемый Кристианом воздух. Он рассматривает мои глаза, пожирая своими. Его дыхание постепенно замедляется настолько, что создаётся впечатление, что мужчина и вовсе не дышит. Я же всё это время стою, замершая в изначальном положении, боясь хоть немного пошевелиться.

— У нас времени до завтрашнего вечера. Потом ты вновь должна оказаться в Академии. Идти нам далеко. Не поторопимся сейчас — всё будет зря. Поэтому собери всё говно в одну кучу и беги, если оно нужно.

— И про мою коленку ты тоже забыл? — Как бы невзначай напоминаю я об очевидной причине, почему не могу бежать за ним всё время.

— Да мне срать на твою коленку. Хоть без ноги останься, но успевай. Я сюсюкаться с тобой не собираюсь. Ясно?

И вновь я вижу спину Кристиана. Глаза закатываются, раздаётся глубокий тяжёлый вздох, но я продолжаю пробежку.

Всю дорогу, что мы идём (ну или кто-то идёт, а другой бежит), я раздумываю о Кристиане. И когда он успел стать таким? Буквально вот-вот была практика, даже недели не прошло, а он так сильно изменился. Этот же человек, которому всё равно на мою ногу, несколько дней назад нёс меня на себе из-за неё же. Мы с ним достаточно неплохо общались, комфортно молчали, находясь рядом друг с другом. А сейчас… Словно его подменили! Он мне сломанную руку вылечил! Потратил на это почти целый учебный день. А потом ещё возился со мной, отпаивая травами. Я потеряла сознание — он вновь пришёл на помощь. Но теперь я слышу лишь злость и раздражение. Одни грубые слова! Ума не приложу, что же случилось.

Впереди шумит лес, а вдалеке виднеются горы. День подходит к концу. Я успеваю побить свои собственные рекорды по продолжительности непрерывного бега, а Кристиан всё также спешит вперед, словно подальше от меня. Колено ноет. Сильно. Практически нестерпимая боль, разливающаяся железом по суставу, нарастает с каждым шагом. Кажется, ещё несколько минут, и я вовсе не смогу поднять ноги. Но всё это время я молчу, не говоря ни слова об этом проблеме.

— А скоро отдых? — Выдавливаю я из себя на последних силах, преодолевая ноющую боль.

— Боец, который устал? — Усмехается Кристиан.

— Можешь считать так.

— Дойдём до горы — отдохнём.

— Но до неё ещё далеко!

— И чьи это проблемы?

— Я тебя поняла, Кристиан, — с шипением цежу я сквозь зубы.

Мы входим в лес. Здесь уже темно. Лишь в редких местах проглядывается уходящее солнце. Под ногами мешаются ветки и камни, высокая трава цепляется за ноги. И кажется, это длится целую вечность.

Поднимается жуткий ветер. Ледяные порывы бьют в лицо, словно разрезают на кусочки все открытые части тела. Но приходится идти дальше, пытаясь стерпеть и эту напасть. Несколько раз я, разумеется, выругиваюсь про себя, хотя бы мысленно давая себе свободу в изъяснениях.