Онлайн книга «Мой опасный магнат»
|
Недостаточно. Снова дёргаюсь, чтобы уйти. Не могу здесь больше стоять. Не могу смотреть на него и скрывать свои рвущиеся наружу эмоции. Давить слезы. Но они всё равно проливаются, и я делаю последний отчаянный рывок. Но хвост держит крепко, и я, не рассчитав траекторию, со всего маху лечу лицом вниз… Испугаться не успеваю. Я уже в его объятиях. Вскочил. Поймал. Держит. Всё же он нереально быстрый… Всхлипываю, и снова дергаюсь, но Дрейк держит совершено монолитно и так бережно, будто я могу рассыпаться от любого его неосторожного жеста. Не вырваться. И я обреченно обмякаю в его руках. Позволяю себе эту слабость на пару мгновений. Глубоко, до боли в легких, вдыхаю его запах. Тот самый, который снился мне полгода. Пряный, мужской, до одури родной. И тут, в его объятиях, меня окончательно накрывает. Как же я по нему скучала… Но я же всё понимаю. Я не дурочка. Я ведь точно знаю, почему он тогда отпустил меня. И нет, я не позволю ему снова сделать это со мной. Отстраняюсь ровно настолько, чтобы видеть его лицо. — Дрейк, не надо, ладно? Зря ты предъявил на меня права. И пришел сейчас зря. Ты тогда правильно всё сделал. Ценю это очень, правда. Ты поступил очень честно, — сама чуть не вздрагиваю от своего мертвого голоса. Но разве я не права? А Дрейк замирает. Каменеет буквально. Могучие мышцы вздуваются напряжением. Он молчит, тяжело, мрачно, а я продолжаю объяснять ему, что он был прав тогда. Тогда — правильно поступил. Зато сейчас очень сильно ошибается. — Я ведь нашла о тебе информацию, — признаюсь я все тем же ровным, и совсем уж неживым голосом. — О Леас и Кионе тоже раскопала. А потом и про все остальное и про твой ложный ген. Я все знаю, Дрейк. Хвост вокруг моей талии закручивается сильнее, но все еще предельно аккуратно. Я чувствую, насколько он весь напряжен, но Дрейк молчит. Слушает меня. А я смотрю на его мощную шею со вздувшимися венами, и продолжаю вываливать убийственные факты. Меня выворачивает от этого внутри, но я не останавливаюсь. Лучше сейчас расставить все по своим местам. — Я все понимаю, — повторяю я. — И благодарна тебе. За всё. За работу, за помощь моей семье, за те недели, что у нас были… Осекаюсь, понимая, что если попрошу сейчас его отпустить меня, и он меня в самом деле отпустит, то я умру просто. Сразу. Ведь именно сейчас, в его объятиях, я и начинаю жить. Оказывается, не жила без него. Только бы ещё хоть немного постоять в его руках. Подышать им. Совсем чуть-чуть этой слабости… а потом снова сильной буду. Мужская рука поднимается к моему лицу. Длинные жесткие пальцы, способные — я знаю — пробивать насквозь толстенный металл, берут меня за подбородок. Властно, но настолько бережно, что сердце сейчас просто разорвётся. Дрейк поднимает мою голову, заставляя смотреть ему прямо в глаза. — Всегда знал, что ты умница, — говорит он с серьёзностью, которой ещё никогда у него не видела. — Да, я думал, что у меня ложный ген. Я ошибался, — с нажимом добавляет он. — Нет, Дрейк. Я точно знаю, что ты был прав. Я все нашла… Он открывает рот, чтобы возразить, но я не даю. Слова вырываются сами, чёткие, ясные, как отчёт по аналитике. Говорю прямо и по фактам. Возможно, бью по самому больному, но мне сейчас это не важно, а важно донести до него, что он заблуждается. Поэтому рассказываю, как он предъявлял права первым двум самкам, как дарил парные подарки. А потом следовало расставание. |