Книга Черный дракон Токио, страница 28 – LotesCraft

Ускорился. Ветер шумел в ушах. Прыжок от края. Трос. Зацеп. Раскачка. Отцеп. Подлетел через здание. Трос. Зацеп за здание I.O. Натяг. Прилип к стене. Отлип и приземлился на корточки.

Вот она. Бесчеловечная лаборатория над людьми. Сколько человек помнят своё рождение? Без записи на видео или фотографии — а по-настоящему? Никто. Многие могут помнить странные отрывки, но никак не связать их.

Тиамат прислонился к стене. Подкрался к выбитому панорамному окну и заглянул внутрь. Три дрона парили и сканировали заросшую территорию.

А я помню всё. Как я был в утробе, какие люди помогли мне родиться. Даже лицо покойной матери. И это отвратительно. Такие воспоминания не должны быть с человеком.

Тиамат достал из пояса ПК. Нашёл на нём старый взлом дронов и активировал его. Дроны слегка заискрили, но продолжили полёт. Он перепрыгнул через выбитое окно. Выпрямился и уверенным шагом прошёл мимо дронов — те даже не среагировали на него.

Мимо проскакала крыса. Дроны тут же загорелись красным, рванули к ней и расстреляли её. Тиамат не обернулся и продолжал идти.

Он вошёл в коридор. Ржавая дверь скрипнула, но не привлекла внимания дронов. Вокруг валялась засохшая и влажная листва.

Идя и оглядываясь по сторонам, он вошёл в один из кабинетов. Медицинская койка родильного отделения, старые подносы и ржавая аппаратура.

Тиамат остановился перед креслом. Разглядывал на нём каждое пятно крови — и перед ним вставала картина.

Тьма. Кровавая. Небольшой свет. Два лица. Один — лысый, с усами. Другой — помоложе, с бородкой. Они перешёптывались. Я помню их слова. Тогда я просто не знал, что они значат. Но с взрослением осознавал.

— № 913. Худощав.

— Выживет?

— Да.

— Побочные эффекты?

— Пока отсутствуют.

— Зафиксировать как удачный?

— Пока рано.

Они отнесли меня в комнату с другими детьми. И только тогда я увидел, что моя мама умерла. Тогда я не видел разницы между жизнью и смертью. Однако картинка осталась. Растопыренные глаза, залитые кровью и таращащиеся прямо на тебя. Бледное лицо, словно камень. И приоткрытый рот. Это самое ужасное, что я когда-либо видел в своей жизни. Не сама картина. А осознание, что мне было всё равно.

Он отвёл взгляд от кресла. Развернулся и вышел из палаты. Пройдя чуть дальше по заросшему коридору, зашёл в кабинет с табличкой «Кендзи Хатано».

Внутри пахло сыростью и пылью. Стол и пол были завалены прогнившей бумагой. На стене под стеклом висела карта города, но и она уже была в пятнах влаги. В углу стоял металлический ящик с папками. Тиамат подошёл к нему. Выдвинул отсек и взял одну папку — № 913.

Я сто раз читал эти отчёты. Эксперимент по созданию сверхмозга. В мире существует препарат, который усиливает активность мозга. Человек становится собраннее, вспоминает детали, которые не фиксировал. Говорит уверенно и приводит весомые аргументы. Однако у препарата существовал недостаток. Он медленно убивал. Продолжаешь принимать — умрёшь. Бросишь — выживешь, но станешь овощем. Я буквально — дитя этого препарата.

Он закрыл папку и убрал её на место.

Эксперимент закрыли. Детей расфасовали. Многие из них погибли. А мне достался счастливый билет. Хоть и измазанный в грязи.

Тиамат вышел из кабинета и направился к выходу. Так же спокойно прошёл мимо дронов и вылез через окно. Он сразу вырубил свой взлом. Дроны дёрнулись и продолжили парить.