Книга Развод с осложнениями, страница 19 – Анна Верес

Анна смотрела на него.

— Да, — сказала она. — Именно.

Он кивнул. Взял рюкзак. Вышел.

Анна слышала его шаги по коридору — удаляющиеся, ровные — потом щелчок лифта.

Потом тишина.

Она стояла в середине ординаторской с этой тишиной.

Если не всё равно — значит, есть смысл.

Она подумала: правильные слова иногда возвращаются к тебе из чруг у перекрёстка подумала: Тверская — это не крюк. Это пять минут в другую сторону.

Она свернула.

«Читай-город» был тёплым, людным — но не тем людным, которое давит: здесь каждый был занят своим, ходил своими маршрутами между полками, изредка останавливался, брал книгу, листал. Своя экосистема, со своим тихим шумом и запахом — бумага, немного кофе из маленькой стойки у входа.

Анна взяла кофе и пошла между полками.

Она не искала ничего конкретного — это было непривычно. Обычно она ходила в магазин со списком: это, это и вот это, потому что Даше нужно, или потому что по работе, или потому что порекомендовали. Без списка было странно. Немного неуютно. Но — интересно.

Она остановилась у полки с поэзией.

Японская.

Несколько книг — Басё, Бусон, что-то современное в тонком синем переплёте. Анна взяла Басё, открыла наугад.

Старый пруд.

Прыгнула лягушка.

Всплеск воды.

Она прочитала трижды.

Это было очень мало слов.

И при этом — что-то было. Что-то, что трудно объяснить и что не нужно объяснять, потому что объяснение убьёт его.

Она поставила Басё обратно. Взяла синюю тонкую книгу — современный автор, имя незнакомое. Открыла в середине. Прочитала одно стихотворение. Потом ещё одно.

Купила.

Потом прошла в отдел с художественной — не по делу, просто так. Остановилась у полки, провела пальцем по корешкам. Один достала — толстый роман, имя автора знакомое, читала что-то похожее давно, ещё в институте.

Купила и его.

Стояла у кассы с двумя книгами и остывающим кофе и думала: когда я последний раз покупала книги просто потому что хочу.

Не помнила.

* * *

На выходе из магазина — уже в дверях, уже почти на улице — она столкнулась.

Не фигурально.

Буквально — он шёл навстречу, она выходила, дверь была одна, и они оба не смотрели достаточно внимательно.

— Осторожно— начал он и остановился.

Анна тоже остановилась.

Белоцерковский стоял перед ней в пальто, с шарфом, с пакетом в руке — явно уже купил что-то.

Секунда молчания.

— Анна Васильевна, — сказал он.

— Роман Сергеевич.

Он посмотрел на её пакет.

— Купили что-нибудь?

— Два, — сказала она. Помолчала. — Японскую поэзию в том числе.

Что-то в его лице — не улыбка, но что-то рядом. Что-то, что бывает, когда неожиданно получаешь что-то хорошее.

— Правда?

— Синяя тонкая книга. Автора не знаю.

— Ёса Бусон?

— Нет, незнакомое имя. Современный.

— Покажите?

Анна достала из пакета книгу. Он посмотрел на обложку.

— Акико Мацуи, — сказал он. — Хороший выбор. Я её читал. — Поднял взгляд. — Вам понравится.

— Вы уверены?

— Нет, — сказал он. — Но мне кажется — да. — Пауза. — Вы куда сейчас?

— Домой. К дочери.

— Конечно. — Он кивнул. — Я тоже. — Пауза. — То есть не к вашей дочери. Домой.

Анна посмотрела на него.

Он только что оговорился, и это — она заметила — его немного смутило. Самую малость. Он умел быть спокойным, но не умел притворяться.

— Понятно, — сказала она серьёзно.

— Да. — Он слегка кашлянул. — Ладно. Хорошего вечера, Анна Васильевна.